– Со стороны вы производите впечатление человека, которому все в кайф. Зачем в свое время вам понадобился психолог?
– Потому что не всегда в кайф проигрывать. В тех же юниорах я был дико нестабилен. Мог очень эмоционально реагировать на какие-то вещи, злиться, психовать.
– Лыжи ломали?
– Ломал палки. Мог швырнуть что-нибудь со злости. Начал работать с психологом – стал намного спокойнее. Научился перерабатывать собственную злость, страхи. Сейчас знаю, как себя успокоить, даже если промахи начинаются.
– Работа с психологом подразумевает, что ты должен прийти к специалисту и назвать все свои слабости. Было трудно?
– Сначала да. Сейчас, когда прихожу на сессии, сразу обрисовываю проблему. И мы над ней работаем.
– Есть преимущество в том, что ваш психолог Елизавета Кожевникова – бывшая спортсменка очень высокого уровня, призер двух Олимпиад (в лыжном фристайле – Sports.ru)?
– Мне кажется, обычные психологи не совсем точно представляют себе тот диапазон эмоций, который происходит во время гонки. Елизавета Александровна понимает это прекрасно. Знает, что такое стресс, как сильно может подвести координация, когда ты боишься.
Обычно в соревнованиях мандраж исчезает сразу после старта. Но у меня в юниорах однажды было так, что всю гонку трясло, просто колотило. На рубеже стою, ноги дрожат, руки дрожат, и в таком состоянии стрелять надо. После того как мы разобрали ту ситуацию, подобного больше ни разу не случалось, – сказал Серохвостов.
