О встрече Си — Байден: Старческий маразм и китайский прагматизм

Как ни старался председатель КНР Си Цзиньпин задобрить президента США Джо Байдена позитивным настроем, но тот всё равно назвал его «диктатором». А с диктаторами у американцев всегда разговор короткий — свергать. Об этом пишет обозреватель Pravda.Ru Любовь Степушова, анализирующая итоги встречи лидеров в Сан-Франциско в рамках саммита АТЭС 15 ноября.

Си представил «дружественный Китай, готовый улучшить отношения с Соединенными Штатами», утверждает CNN. Телекомпания отметила «заметное изменение тона Пекина, стремящегося свести к минимуму трения с Вашингтоном» и цитирует слова Си, что «мир достаточно велик для процветания двух стран». Bloomberg приводит мнение помощников двух президентов о том, что переговоры были «теплые и личные».

«Во время утренней встречи Си и Байден пожали друг другу руки в теплом публичном жесте, который редко встречается у китайского лидера», — пишет агентство.

Но как только Си отправился отдыхать, Байден подтвердил о нём своё мнение как о «диктаторе».

«Да, он таков. Он диктатор в том смысле, что он человек, который управляет страной, которая является коммунистической страной, основанной на форме правления, совершенно отличной от нашей», — брякнул Байден.

В дипломатии — это непростительный промах, по сути, одной фразой Байден свёл на нет усилия своих помощников и Си. Зачем он это сделал? Или это вырвавшееся раздражение переговорами, либо уверенность в собственной «правде» — американское высокомерие, либо незнание законов дипломатии, что странно для человека, имеющего огромный опыт политика. Конечно, всё можно списать и на возраст. Впрочем, не будем о плохом, для ядерной державы опасно, если ею управляет маразматик. Впрочем, и для мира — тоже.

Есть хорошая русская поговорка: «Хоть горшком назови, только в печь не ставь». Но именно последнее действо и предполагается в Америке, когда речь идёт о диктаторах в других странах. Если, конечно, он не «наш сукин сын». Последнее предположение не относится к Си, поэтому он справедливо обиделся.

В МИД КНР уже назвали слова Байдена «ошибочными и безответственными».

«Подобные речи крайне неправильны и являются безответственной политической манипуляцией. Китай решительно выступает против этого», — сказала представитель министерства иностранных дел Мао Нин.

Агентство Bloomberg считает, что высказывание Байдена о диктаторе «может подорвать успехи, достигнутые в ходе переговоров». Хотя успехи невелики, договорились создать рабочую группу для облегчения координации между правоохранительными органами, борющимися с торговлей наркотиками. Было заявлено о возобновлении военной связи на высшем уровне.

В заявлении КНР говорилось, что они возобновятся «на основе равенства и уважения». Это означает, что уже после слов о «диктаторе» переговоры опять отложат. Из той же оперы обещание «взять трубку и поговорить в периоды разногласий». А до этого такой возможности не было? Это говорит о крайнем негативе Cи в адрес Байдена. И это означает, что разногласия не отменяются — ни по Тайваню, ни по Украине, ни по искусственному интеллекту.

Нас же, Россию, интересует украинский вопрос. Китай никак не комментирует, а Белый дом заявил, что «США могут гарантировать, что Украина выйдет из этой войны демократической, независимой, суверенной и процветающей страной, которая сможет сдерживать и защищать себя от будущей агрессии». О территориальной целостности — ни слова. То есть это может быть Украина без многих прежних территорий.

Многие аналитики полагают, что экономические связи двух стран настолько сильны, что им, и прежде всего Китаю, невыгодно обострять отношения. Но, как мы видим, практика полностью опровергает этот тезис, иначе бы Европа не отказалась от российских углеводородов, а Украина — от добрососедства с РФ.

Реальная политика, например, такова. Недавно хакерской атаке подвергся банк Китая ICBC. Вредоносное ПО попало в компьютерные сети его американского подразделения 8 ноября и нарушило торги на рынке казначейских облигаций США. Этот банк является настолько важным игроком в казначейских облигациях США, что атака на его системы может разрушить суперважный рынок стоимостью 26 трлн долларов.