«Этот спектакль мог бы стать прологом трилогии «Антихрист и Христос», - говорит художественный руководитель театра «Модерн» Юрий Грымов о своей новой постановке «Цветы нам не нужны». Однако это всё же самостоятельное произведение.
Дело в том, что занимаясь трилогией, режиссёр изучает Свет и Тьму в человеческих душах, наблюдает, как в этих живых сосудах становится больше то одного, то другого, пытается ответить на вопросы как, почему, зачем всё это. Люди – не ангелы, они не однозначны, одноцветных среди них не сыскать.
Или всё-таки это не так? Есть в человеческой истории страницы, персонажи которых – абсолютные нелюди, с мерзостью и подлостью которых не способен смириться ни один мало-мальски нормальный человек, будь он русский, англичанин, француз, американец, да кто угодно.
По мнению Грымова, центральное событие ХХ века – Нюрнбергский процесс, важнее ничего в этом грозном столетии не было. «А сложность в том, - говорит режиссёр, - что подсудимыми были такие же, как мы, люди, т.е. существа, рождённые и вскормленные женщиной. И на их фашистских пряжках было, ни много, ни мало, прописано: «С нами Бог». По каким законам их судить? По немецким – они верные присяге герои, опираться на английские, французские, советские?»
Как известно, было принято мудрое решение - нацистам были предъявлены обвинения в преступлениях против человечности. Однако то жирное зерно, что они заронили в людские души, к несчастью, прорастает и прорастает, последователи Третьего рейха по-прежнему надеются на реванш, а кое-где их телодвижения даже видны невооружённым глазом.
А потому премьерный спектакль «Модерна», прежде всего, для молодых, чтобы думали, сопоставляли, делали выводы, были, наконец, бдительны.
Работа создателями постановки проделана колоссальная. «У нас, в пьесе Надежды Селивановой, - говорит Грымов, - никакой отсебятины практически нет, всё, что услышит зритель - полная правда. Художественный вымысел - лишь на 10 процентов».
Режиссёр изучил тему Нюрнберга вдоль и поперёк, сожалеет, что нам об этом процессе почти ничего не известно. «Хотя, - добавляет автор постановки, - узнай кто-то всё в подробностях, как минимум, долго не смог бы уснуть».
И всё же вникать и знать многие из подробностей плана уничтожения неугодных немецкому нацизму народов надо.
Помочь зрителю вникнуть в суть этой чёрной мистерии и раскрыть психику жутких чудовищ-узников Шпандау, осуждённых на мировой значимости процессе, конечно, задача исполнителей.
Но, чтобы сделать персонаж живым, достоверным, открывающим грани своего внутреннего мира, актёру, как известно, необходимо стать его адвокатом.
Оправдать даже не думавшего о раскаянии монстра Гесса, чудовищного Шпеера, мерзкого главу гитлерюгенда фон Шираха, отвратительных фон Нейрата, Рёдера, Функа, Дёница?
Исполнитель роли Константина фон Нейрата з.а. России Леонид Трегуб признаётся: «Самым сложным для меня было преодолеть себя из-за полного неприятия этого действующего лица. Но артисту в поиске точек соприкосновения с персонажем надо всё же попытаться это сделать...»
Исполнителю роли Рудольфа Гесса Юрию Анпилогову повезло, наверное, чуточку больше: поскольку он плотно занят в трилогии «Антихрист и Христос», идти вглубь тьмы ему помогали слова Грымова о том, что в этих нацистских дебрях Христа нет вообще, что здесь сплошной Антихрист, что это исключительно люди тьмы, у которых нет даже намёка на муки совести. А ещё артисту помог консультант, соприкасавшийся по делам службы с Гессом и чётко видевшим в этом высокомерном мерзавце проявление абсолютного зла.
«Я, - говорит Анпилогов, - знаю, как сыграть злодея, злого человека, всем недовольного мизантропа, а как сыграть злодея с холодным носом, который до конца жизни, прожив такую долгую – 94 года - жизнь, так и не подумал о покаянии? Что там должно быть внутри, в голове, кто его мама, папа? И всё это при том, что все эти подонки - высоковоспитанные, эрудированные люди. Ужас охватывает оттого, что Земля таких нелюдей разводит...»
В процессе работы актёры отметили, что эти персонажи мировой истории как будто совершенно безжизненны. Они, конечно, физически действуют, но жизни живой, божьего света в них ни на грамм.
Сложнее всех, безусловно, режиссёру: тему выбирает он и за всё отвечает тоже. «Понять, принять, оправдать – об этом, понятное дело, я говорю до того, как буду ставить, - рассказывает Грымов. - Я должен был разобраться со своим отношением к теме. По первому слою, естественно, ясно, зачем я её выбрал, против кого я и т.д. Но ребятам было сложно, видел, что не получалось... Самым трудным было объяснить им, что всё окружение было влюблено в Гитлера добровольно. Момент очень сложный – они, правда, его боготворили, не ради выгоды и не ради карьеры...»
«Не сотвори себе кумира и всякаго подобия, елика на небеси горе, и елика на земли низу, и елика в водах под землею: да не поклонишися им, ни послужиши им».
Кем был этот .... «клоун»?
Честный разговор со зрителем затеял Юрий Грымов, об истории, людях и о нас с вами.