Эта история произошла с мужем моей давней подруги. Стас рассказывал о ситуации, произошедшей с ним и ржал, как конь, подруга тихо закатывалась от смеха. После очень хорошей попойки он возвращался домой. В такси его подсадили типа по пути, друзья еле выговорили название улицы нового микрорайона, он этого чётко сделать не мог, поэтому высадили не около дома, а как бы недалеко, через сквер. Дорогу он хорошо знал, до дома вёл ровный асфальт. Разумеется, при условии трезвого ума и дневного освещения. Но условия были увы... и дорога домой не задалась сразу, причём от слова – совсем. Уличные фонари ещё не были подключены и если сослаться на писателя Булгакова и его героев Мастера и Маргариту, то «тьма, пришедшая, накрыла ненавидимый прокуратором город…», видимо, то самое. Стас шёл домой, как корабль сквозь морскую стихию, ориентируясь на маяк. Маяком служили окна домов вдалеке. Глаза боролись со сном, они закрывались от сладкого пьяного шлейфа алкоголя, мешала ещё невесть откуда взявшаяся икота, но он открывал глаза и пытался не потерять яркой точки, которая ему напоминала его окно в доме на 24 этаже. Ну высоко, согласитесь, задирать голову и глаза, когда веки не поднимались выше собственных ног. Ему захотелось закричать. Как у Гоголевского Вия – поднимите мне веки. Был бы у него второй или третий этаж, эта история получила бы другое развитие. Под ногами ни черта видно не было. Что касается ног, то они отказались подчиняться голове. Напрочь. В компании на попойке ноги еще подчинялись, из такси, казалось, тоже ещё вышел в дружбе с головой. А в этой кромешной темноте хоть «Ау-ууу» кричи. Вот такой диссонанс головы и ног, гармония нарушена. Пришлось встать на колени для равновесия и идти на яркую точку света. Он передвигался на четвереньках медленно и ругал себя за решение купить квартиру в этом районе – у чёрта на рогах, куда делся асфальт, понять не мог. Сплошная мокрая земля, ямы, камни, кирпичи, трубы, кусты и колючие ветки. Он двигался часа два. Изнурённый, уставший, измученный и сплошь обцарапанный дополз до ступенек подъезда, хмель немного отступила, поднялся с коленок лишь около лифта, потому, как нажать на кнопку с положения почти лёжа не мог. Ключи найти не смог – потерял, пришлось подняться цепляясь за дверь и позвонить. Предстал перед женой, как путник из непроглядной пустыни, безвылазного гиблого болота или труднопроходимой степи. Брюки грязны и порваны, куртка и рубашка в мокрой земле, кровавые царапины на лице и руках, одного башмака, кстати купленного в Лондоне - нет. Откуда ты? Что случилось? На тебя напали? - Жена опешила. Он едва смог объяснить, что главное - дошёл. Прозвучало всё пьяно-бессвязно. Утром, когда Стас отрезвел отчасти и вышел из дома, чтобы отправится на работу, был более, чем удивлён. Вдоль длинной клумбы, которая тянулась в середине аллеи сквера к его дому тянулся непрерывный след по земле, который мог прорыть только здоровый кабан. Ощущение, что работники зелёного хозяйства микрорайона прорыли за ночь для поливных труб не совсем аккуратную длинную канаву. Она тянулась от шоссе. Взрытую влажную землю добавляли отпечатки носков его ботинок. Господи, так это же я прорыл вспомнил Стас, дорожка рядом, а я полз прямо по клумбе сквозь растения и трубы, ничего себе…. Слева и справа — асфальт, а я в середине по клумбе 500 метров на четвереньках…пить надо меньше, меньше надо пить… первое, что пришло в голову. Ключи нашёл, рядом водительские права и изделие английских обувщиков. Вспомнился анекдот. Опять набухался сволочь! – кричит жена мужу. Как она догадалась, - подумал муж заползая домой, - я даже её педикюр похвалил, а она так грубо…я ведь твёрдо стою на четвереньках...