🎬Продолжаем нашу рубрику с обзорами на литературу и кино по нашей теме!
➡️Знаем, вам это интересно, и мы попросили Юлию Федорину, нашу психологиню, рассказать про популярный сериал Sex Education.
❗️Внимание! Дальше будут спойлеры
Юлия рассказывает о том, что помогает вернуть силу и уверенность после пережитого сексуализированного насилия, и как эта тема раскрывается в сериале.
__________
За что мы любим сериал Sex Education? За умение говорить на сложные темы. Авторы не боятся поднимать вопросы гендера, ориентации, психических заболеваний, абьюза и сексуализированного насилия. А главное, стараются делать это бережно и с уважением к зрителю.
В первом сезоне сериал уже поднимал вопрос сексуализированного насилия. Одна из героинь – Эйми – подверглась домогательствам от мужчины в автобусе по пути в школу. И хоть сначала она делала вид, что это никак её не задело, со временем стало очевидно, что произошедшее травмировало ее. Она смогла признать это благодаря поддержке своих друзей. Это подтолкнуло ее к пересмотру своих желаний в сексе, отношениях и жизни в целом. Завершение этой сюжетной линии нам показали в последних сериях, где Эйми, прожившая свою травму, находит в себе силы и вдохновение, чтобы с помощью искусства фотографии закрыть для себя эту историю. Она возвращает себе силу и уверенность через свой фотопроект.
Но авторы сериала пошли дальше и показали нам еще одну историю. Это история Джоанны – младшей сестры Джин – сексолога и мамы главного героя Отиса. Она взрослая женщина, которой сложно устроить свою взрослую жизнь. Она не может устроиться на работу, у нее долги, она хочет найти мужчину для отношений, но у нее ничего не получается.
В воспоминаниях Джин мы видим, что один из маминых ухажеров домогался Джоан, когда той было 12. Также мы видим реакцию Джоан, которой льстит внимание взрослого мужчины и которая считает попытки Джин предупредить её, чтобы она была осторожнее, ревностью.
Подросткам нередко хочется внимания от взрослых. Особенно если от родителей они его не получают или получают только в негативном ключе. Совершающие насилие мужчины часто пользуются этим, подменяя принятие, симпатию, человеческую близость сексуализированными действиями и насилием. Поэтому столкнувшиеся с сексуализированным насилием дети и подростки часто дезориентированы: им сложно назвать это насилием даже в своей голове. Так и Джоан предпочитает об этом не думать, а попытка старшей сестры поговорить об этом в уже взрослом возрасте приводит к ссоре. Она много лет убегала от тяжелых воспоминаний и не готова признать правоту сестры. Невидимая стена, возникшая между сестрами тогда, стала только крепче за эти годы.
Однако позже Джо звонит на радио в передачу, которую ведет Джин, чтобы рассказать о том, что с ней произошло, что из-за этого она не чувствует себя счастливой и постоянно испытывает тревогу. Она делится страхом, который знаком всем, кто пыталась забыть прошлое и жить так, будто ничего не случилось: «Я боюсь, что <…> прошлое достанет меня и я не смогу больше притворяться, что все хорошо». Это опасение в той или иной форме часто звучит на наших консультациях. И авторы устами Джин находят очень правильные слова: сказать о случившемся вслух – первый шаг к исцелению, который свидетельствует о силе и готовности как минимум помочь себе самой. Но также нет ничего плохого или неправильного в том, чтобы просить о помощи своих близких или, если они не могут поддержать, обращаться к специалистам.
❤️🩹Начать говорить о насилии, случившемся много лет назад, когда ты долгие годы пыталась о нем забыть, действительно очень сложно. Это бывает больно, бывает страшно, печально, стыдно. А еще это дарит чувство облегчения, дает возможность получить поддержку, сочувствие и помощь. Не обязательно оставаться один на один с прошлым и его последствиями, когда есть возможность идти к исцелению с тем, кто готов быть с вами на этом пути.