Было так. Утром собаки выбежали в сад. Вдохновленные маленьким белым полководцем, задорно облаивали соседей. Я отошла от панорамного окна, чтобы сделать кофе. Когда я минут через 10 выглянула в сад снова, маленькой белой собаки уже не было. Я позвала Умку и Айрис помыть лапы. Вид у них был напуганный. Лаки уже убегал. Напрягало только то, что без своего верного друга Умки он никогда далеко не отходил. Максимум - добежит до горочки. Вот вдвоем они да, могли пойти вразнос. Я выбежала на улицу, уверенная, что сейчас найду его и отнесу домой, потому что он маленький, он может замерзнуть. Но вокруг дома никого не было. И меня кольнуло страшное предчувствие пустоты. Такое же страшное, как в детстве, когда пропал мой фокстерьер. Я выходила из дома каждый час, обходила окрестности и звала Лаки. Сумерки сгущались. От ледяного ветра слезы застывали на ресницах. Сразу я обратила внимание на необычный факт: все собаки Антонины были привязаны к забору, а не гуляли без привязи как обычно дне