Таким город видят птицы. Или пассажиры взлетающих самолетов. Стоит вознестись над улицами, домами и потоками прохожих, как Екатеринбург предстает в новом обличии. Мелкие детали уже неразличимы, зато застройка видна во всей ее грандиозности — и неожиданной хрупкости. Неужели в этих крохотных домиках живут люди?
Глазами классиков
Во время своего путешествия на остров Сахалин, в апреле 1890 года в Екатеринбурге оказался Антон Чехов. Столица Урала произвела на писателя гнетущее впечатление: кутаясь в кожаное пальто, он вышел в город, который встретил его снегом с дождем, ужасной грязью, тощими лошадьми, влекущими по канавам старые экипажи без рессор, а также возницами, которые «походят на Добролюбова». Впрочем, гостиницу «Американскую», старшейшую и лучшую в городе, он назвал «очень недурной», а также отметил бархатный звук екатеринбургского колокольного звона.
Иную картину можно увидеть в очерках Дмитрия Мамина-Сибиряка, который посетил Екатеринбург несколькими годами ранее. Он пишет, что путешественник может увидеть за Уралом «совсем европейский город и даже, может быть, европейский с некоторым излишеством», в котором «с каждым годом увеличивается контингент людей, которые могут составить «общество», в настоящем смысле этого слова». Писатель сетует лишь на отсутствие в таком богатом городе общественной библиотеки и книжного магазина.
Город-завод
Конечно, в Екатеринбурге уже нет недостатка в книжных магазинах, а на место лошадок, развозящих пассажиров, пришли бойкие желтые автобусы и потоки маршруток. Но городские контрасты — сохранились. С одной стороны, Екатеринбург и сегодня славен своей неповоротливой основательностью, с другой — город известен своим азартным упорством в достижении целей, унаследованным от многих поколений промышленников, горнозаводчиков и дельцов всех мастей. Еще во времена Петра I на диких берегах реки Исеть началось строительство железоделательного завода. Сердце Екатеринбурга — точка пересечения Главного проспекта и Исети, традиционно называемая Плотинкой: именно здесь вокруг плотины из лиственницы (которая сохранилась до наших дней) в XVIII веке стояли медные плавильни и доменные печи. Не случайно именно это место было выбрано для обложки подарочного фотоальбома Славы Степанова «Екатеринбург by Gelio»: на живописных фотографиях с высоты хорошо видно, как поселение вокруг Плотинки обрастало проспектами, церквями, скверами.
На стыке цивилизаций
Место перевала с западного склона Уральских гор на восточный обнаружили немецкие ученые в 1829 году: оказалось, что Екатеринбург находится практически на границе тектонических плит Европы и Азии. После визита на Урал будущего императора Александра II в 1846 году на границе частей света был воздвигнут деревянный памятник, потом и каменный обелиск. Формально город находится в Азии, но Европа — неподалеку, стоит лишь проехать 30 километров по Новомосковскому тракту на запад и свернуть на старый Московский тракт (по нему вели в Сибирь декабристов). Здесь на горе Березовой находится научно обоснованная граница между частями света — и символический комплекс сооружений, увенчанный 25-метровой гранитной колонной. Это и есть то самое место, где можно одной ногой постоять в Европе, а другой — в Азии. Две части света встречаются и на городском вокзале Екатеринбурга: сюда приходят поезда из самого Пекина и следуют дальше в европейскую часть России.
Говорящие монументы
Важнейшая городская артерия — Главный проспект (он же – проспект Ленина), на котором находятся и Уральский университет, и Театр оперы и балета (отметивший год назад 100-летний юбилей), и памятник революционеру Якову Свердлову, который участвует в воображаемом диалоге екатеринбургских скульптурных портретов. Стоящий возле здания Уральского федерального университета памятник Сергею Кирову обращается к памятнику Свердлову: «Яков Михайлович, спроси у Ленина, что у него за пальто и где брал!» Свердлов: «Сейчас спрошу. Владимир Ильич, где пальто купили?» Стоящий на Площади 1905 года вождь мирового пролетариата показывает одной рукой на Центральный универмаг, а другой отворачивает полу пальто: «Это, что ли? Финское, брал в ЦУМе!» Этот «разговор» тоже лучше виден с высоты птичьего полета, когда Екатеринбург перестает быть привычной средой обитания и превращается в город из сказки, в котором дома, парки и памятники умеют говорить.
Спасибо, что дочитали статью до конца.
Ставьте палец вверх и подписывайтесь на наш канал, чтобы не пропускать новые материалы.
Приглашаем вас на родину «Уральских авиалиний» — в Екатеринбург! Билеты на нашем сайте.