«Свой дом не чужой, из него не уйдешь».
«Семьей и горох молотить, и дом строить».
Этот день навевал на родителей порой раздумья: «Как понять своего ребенка» «Как умягчить его душу, если понимаешь, что он становится неуступчивым характером, своевольным?» «Как в его душе затеплить любовь к родительскому дому?».
Не нами примечено: «Рожденный в этот день рвется из родительских стен». Не тянется он помочь отцу дрова рубить, поле пахать, за скотиной ходить. За горами, за лесами ему видится другая жизнь, другая красота. Какая? – он еще не ведает, и толком-то не ответит. Потому, матушка, качая головой, не раз скажет: Ерёма, сиди дома!» Жалеет она сына. Пусть от него подмоги не дождешься, но зато на виду. Ерёму одолевают мечты. Но они зыбки. Не совершенны. Разные складывались о Ерёме сказки.
Так в одной из них говорится: «…вскоре надоело Ерёме лежать-почивать, думы думать и ничего не делать. Спрыгнул он с печи, горбушку хлеба взял, лук тугой, стрелы острые, кликнул сельчан – повинился, с ними простился да направился в чистое поле, где стрелу-то и выпустил. Сверкнула, загудела она и улетела в густые леса».
Немало испытаний выпадает тому, кто не научился жить домом, кто оставил родной дом. Для наших предков понятие о доме было настолько философическим, глубоким, что и сегодня мы пытаемся его осмыслить.
В доме – очаг, печь – священны! В доме – матица, на которой – подвешена зыбка, а в зыбке - сокровище, ребенок, продолжатель рода, опора семьи – защищены обережными символами - нетленной резьбой. В доме - печь почиталась как хранительница живота (жизни), хлеба, щей и каши. Она - собирательница семьи. Дом - мироздание. Дом – корень. В представлениях наших пращуров: потолок – необъятный небесный свод. И это представление было очень наглядным. Ведь когда дом – изба топились по-чёрному, то очертания сажи ложились, как бы копируя небесную высь. Не странно ли? Кто был таким художником, что в далекой древности воссоздавал картину небесной выси в доме? Матица – это млечный путь, основа мироздания. Значит, что и дитя в зыбке не просто лежало, а уже начинало вбирать с младенчества в свою память ориентиры, которые помогут ему не сбиться с земного пути.
Порой можно услышать: «Этот дом княжит уже три века».
Так что день Ерёмы не такой уж простой. И сегодня в нем немало соответствий, что черпаем мы из глубокой старины. И сегодня в нашей памяти остается тепло и надежность родных стен, щемящая тоска по оставленного в нём пережитого, коренного.