Эта история моей бабушки помогла спасти сотни семей от развода. Возможно, поможет и вам.
Дед Семен, – красавец-мужчина, – женился после войны на бабе Кате, и увез из Хабаровска в свою деревню. Построили дом, родили детей – живи и радуйся. Но дед, помимо массы достоинств, имел один серьезный недостаток – любовь к прекрасному полу. Выступая на колхозных празднествах и запевая "Катюшу" громким баритоном, дед имел популярность не меньше Френка Синатры. Женщинам он нравился. Даже слишком...
"Всевидящее Око" местной сплетницы бабки Авдотьи, быстро свело в одно целое дедову солдатскую выправку с улыбками местных красавиц. А затем понесло в деревенские массы "правду": "А Катькин-то муженёк-то, того этого – гуляет!" – шептала она у каждого колодца.
Как-то утром, моя бабушка Катерина Александровна надела красный сарафан, подпоясалась фартуком, и собралась доить коров. Выйдя с ведром на высокое крыльцо, у калитки она заметила трех смеющихся девок: Верку и Зинку с Брониславой.
"А стервятники стаями пляшут на чужих могилах" – почему-то подумалось бабе Кате. Сурово подбоченясь, она сказала: "Здравствуйте, девоньки!"
– Катька, а Катька! Знаешь, где твой Семен сегодня пропадал? – прыснули в кулачки, раскрасневшиеся от наглости стервятницы.
– Где пропадал, не знаю. Сейчас по воду пошел! – глянула с высоты крыльца Екатерина Александровна, и для острастки сдвинула брови.
– У меня он ночевал! – ехидно зыркнула карими глазами смуглая Верка.
Баба Катя слегка покачнулась, на глаза навернулись подлые слезы. Но она твердо выстояла на крыльце, крепко сжимая руками металлическую ручку ведра.
– А какой мужик хороший! Хозяйственный! К Верке в сарай заглянул, – у нее ж коза окатилась, – как козу хвалил, как хвалил! – злобно хохотнула белобрысая Бронислава. Приобняв за талию подружек, она уже собралась уходить...
– Вера, слышь! И как он, хорошо у тебя переночевал? – спросила Катя слегка оторопевшую девушку.
– Ну, хорошо. А чо? – Верка глянула на соперницу, нагло выпятив арбузные груди.
– Хорошо повеселились? – продолжила допрос бабушка.
– Хорошо! Хорош мужик – везде хорош! – опять засмеялась Верка, и отвернулась к подруге.
Екатерина Александровна громко, со звоном, опустила пустое ведро на дощатое крыльцо, и напористо, словами местного завхоза ответила:
– Так вот, дорогая моя! Пойми! Ходит повеселиться он, конечно, к тебе... и коз твоих хвалит. Это так! Но за коровами он убирает – У МЕНЯ! И зарплату Семен МНЕ отдает! И детей воспитывает. То, что должен делать хороший муж – он делает. А если ему с тобой или еще кем... "повеселиться" надо – так пусть веселится. Мне не жалко!
Баба Катя хитро фыркнула, поправила серый фартук, взяла ведро, и пошла в коровник.
Больше к ней стервятницы не заходили...
Нет, конечно, бывали иной раз потуги поиздеваться над Екатериной на тему загулов ее Семена. Но она всегда, с высоты своей самооценки, могла за себя постоять. И твердо знала: побеждает среди женщин та, кто всегда уважительно отзывается о себе, муже и своей семье.
Так, на селе, даже сплетничать о загулах деда Семена стало неактуально.
* * *
Я не хочу здесь оправдывать мужской адьюльтер, или уговаривать женщин прощать измены мужей. Я даже не собираюсь учитывать историческую сторону вопроса, когда в послевоенное время на весь совхоз с сотней баб было полтора мужика, и женщины "воевали" за мужиков. В наше время другая ситуация.
Сказать я хочу о другом:
Измены бывают разные. Бывают по любви, или нашлись родственные души. А иногда мужик выпил на корпоративе, и случайно упал на бухгалтершу в раздевалке... раза два-три. А что на самом деле было – уже и не помнит... Бывают и по глупости, по дурости, или по злому бесу, который тычет в ребро, а встает почему-то лишь пенис...
Но мешать все в одну кучу – глупо. Если мужчина хочет сохранить семью, если заботлив и даже старается загладить вину – то зачем искать у мухи попку, и, засунув туда соломинку, раздувать из нее слона? Ведь иногда простить и забыть – всем выгодно. И семья сохраняется, и даже на здоровье жены это лучше сказывается.
И еще один важный момент:
Если мужик изменил, на самооценке жены это негативно сказывается лишь тогда – когда она сама хочет об этом сказать. Если у нее есть потребность или личная выгода.
Ее самооценка страдает лишь тогда – когда она сама ее угнетает.
Если ж ей это не нужно, не выгодно, бессмысленно – она как себя ценила и уважала – так и продолжит уважать и ценить. И другие люди к ней будут относиться соответственно.
👉 Интересно ваше мнение. Пишите в комментариях, обсудим!
(* На фото дед Семен и баба Катя).
❤ С любовью, Оксана Дуплякина [Мой Блог, ВКонтакте, Telegram]