Эпиграф к 200-летию Симферополя был написан за два года до юбилея, а прозвучал в эфире 5 лет спустя.
В осенних лужах стынут корабли -
Как мало шансов в океан пробиться...
Под парусами выцветшей страницы,
Всё поняв, заметались муравьи.
И стал вдруг мил им муравейник свой,
И ложным стыд, раскаявшись, вернуться...
О, если бы пораньше оглянуться
И беспокойный оценить покой!
Но прозой влёт громя свои пенаты,
Мы поздно понимаем, что не зря
Нас больно бьёт разорванным канатом, Когда мы обрываем якоря...
Древней Тавриды и белого солнца столица Помолодела, надела зелёный парик. Держит её на широкой ладони скалистой Две сотни лет мой материк.
Крымские розы и грёзы далёкого детства, Крымские горы и синий, как воздух, прибой
Не потому возвращаюсь, что некуда деться,
Мой материк, просто я - твой.
Снова я слышу звонкий смех,
Ловлю акаций белый снег,
И очень добрые слова
Мне говорят дома.
На перекрёстке двух морей -
От родника до тополей,
От муравья до журавля -
Моя земля.
Шрамы земные, припомнив былое, заноют
Волны седые в поклоне застынут на миг. Стал пьедесталом живых
и ушедших героев
На все века мой материк
Снова я слышу звонкий смех,
Ловлю акаций белый снег,
И очень добрые слова
Мне говорят дома.
На перекрёстке двух морей -
От родника до тополей,
От муравья до журавля -
Моя земля.
Время то лечит, то давит на плечи безбожно
Время - то песня, то чайки отчаянный крик...
Ты уж прости, но уйти от тебя невозможно. И от себя, мой материк...
1982
