Екатерина о своей дочери Стефании, 11 лет
Для Стефании важно сохранить неприкосновенным свое личное пространство. Начало взросления воспринимается ею очень болезненно. В данный момент ей, разумеется, требуется помощь и поддержка, как бы девочка не отрицала этого. Чем больше она показывает, а точнее демонстрирует, незаинтересованность в этом, говорит, что «ей неинтересно» или «подумаешь», тем больше эта потребность. Свой внутренний мир девочка хочет сохранить ото всех в секрете. Пока о нем не знают, она может быть внешне невозмутимой и отстраненной. При этом понимает, что внутренне эмоционально слаба и нестабильна. Боится, что об этом узнают, и придут без спроса. Ей кажется, что появление чужих будет означать для нее крах внутреннего мира, с которым она не способна справиться. Не понимает, зачем лезть к ней. Из любопытства?
Ведь это — ее пространство. Она не хочет просить помощи, но если понадобится, то скажет об этом. Может быть, не сразу. Потопчется на месте, посомневается, помучается и обратится. Когда ей не говорят, что делать дальше, а она сама принимает решение, то изучает себя: какая она, чего хочет, осмысливает свои мысли и чувства. Для нее это очень важно, потому что во внешнем мире многое ощущается не своим, чужим.
То, о чем говорят другие, Стефания примеряет на себя, но считает, что к ней это не относится.
Ваша дочь только учится распознавать, где заканчиваются чужие границы и начинаются ее. В школе для нее свободы нет. Школа вмешивается в ее мир и диктует свои правила. Она там поступает, как от нее требуют, часто против воли. И испытывает очень сильное психологическое давление. Ей требуется много сил, чтобы там отстаивать себя, защищаться от чужого давления и нападок. Стефания начинает понимать, что у нее есть право на личную жизнь. Но вокруг слишком много желающих покуситься на нее, и она вынуждена принимать чужие желания и исполнять, что от нее требуют. Из-за этого дома личное пространство должно оставаться только ее. Модель поведения — защиты себя от школьного давления — она переносит и в семью. Дома она может расслабиться, но ненадолго, ведь завтра в школу и опять воевать. Она пока не осознает, что взрослые люди могут быть не только противниками в этой войне, но и друзьями. Девочка их не понимает, воспринимая порой инопланетянами или великанами. Теми, кто сильнее ее и может оказать давление, заставить соблюдать правила и выполнять задания.
Она чувствует свое бессилие, думает, что ее лишают прав и начинает огрызаться, защищаясь, ведь пока не считает себя человеком, заслуживающим уважения, к которому могут прислушаться. Как мама, вы можете с ней сблизиться. Важно, чтобы при этом ее поддерживали, признавали право на свое мнение, даже, если оно — ошибочное.
«У тебя есть дом, в котором ты в безопасности. Тебя здесь всегда поддержат. Твой дом — это твой тыл на все времена».
Она не сразу поверит в это, но это нормально. Со временем в периоды, когда ей будет плохо, и не будет знать, куда идти, она будет возвращаться домой. Стефания поймет, что никто не сможет ее поддержать так, как мама, и станет воспринимать дом своим тылом. Сделать это она может только, когда сама захочет. Мне показывают следующие фразы: «Здесь место твоей силы, поддержки, не будет обвинений. Ты имеешь право на свое мнение». Все это — важно для Стефании. В этот период она лишь формирует свое мнение. Для нее ценны слова: «Ты мне всегда можешь рассказать о том, что тебя волнует, попросить помощи и поддержки». И важно знать, что ее чувства уважают, а не обесценивают. Даже, если со стороны кажется, что истерика из-за ерунды, но ее поддержали. Справляясь со всем самостоятельно, она формирует свою внутреннюю силу. Для нее важно понять, как ей выжить в школьных условиях без войны, постоянного внешнего гнета и давления. Поддержка мамы станет для нее ценной.
Екатерина: «Да, Наташа, все правильно. Опять читаю со слезами на глазах. В школе был мальчик, который постоянно обижал. Мы говорили с его родителями, учителями, но все оставалось по-прежнему. Сейчас, с пятого класса, новая школа, мы переехали. Я поняла, как себя вести. Спасибо большое. Огромное.»