Всё это Мэб. А ночью коням она же заплетает гривы…

Никак страсти не улягутся: У Гегемонов дрязги междусобойные, Зелю на бабки кинули, обижен чувачок; Трамтарарамп Бидона подсиживает, тот дядюшку Си охмурить пытается… Уймитесь, малахольные, смена декораций сути не меняет, особенно после ноября шестьдесят третьего. То, что было капитализировано сто пятьдесят лет назад и называется с тех пор США, не подлежит декапитализации путём замены одного зицпредседателя на другого, это вам не какие-нибудь сирии с ураинами…

А как эта самая капитализация происходила? — да просто, извольте видеть: кому обязаны федералы викторией в противостоянии с Югом? Кто из бравых генералов либералов, сберегая в походном ранце нетленную «Хижину дяди Тома», ковал победу не щадя живота своего? Изобретатель бакенбардов «sideburns» фанфарон Берсайд? Герой Геттисберга, там же и сложивший головушку служака Рейнольдс? Осторожный старый кот Макклеллан? Сорвиголова Хукер? Ерунда — дерьмовыми вояками были генералы северян, равно как и их главком, сам Уллис Грант, — Роберт Эдвард Ли побивал их как щенят, а Большую Американскую войну выиграли… братья Селигманы. Да, да, именно это семейство еврейских эмигрантов и обеспечило триумф Дядюшки Эйба. Каким образом? — вспомним умницу Филиппа Македонского: «Стены укреплённого города не перепрыгнет боевой конь, однако легко преодолеет осёл, нагруженный золотом».

Джозеф Селигман был старшим из одиннадцати отпрысков (восемь мальчиков, три девочки) Давида и Фанни, державших небольшую мануфактурную лавку в Бейередорфе, Бавария. С младых когтей первенец подрабатывал в лавке родителей, после опробовал ремесло трапезита — занялся обменом валют дюжины германских княжеств, в четырнадцать лет поступил в университет города Эрлангена. В восемнадцать — эмигрировал в Америку.

Первое время Старший сын, торгуя в разнос бытовой всячиной, стаптывал башмаки на пыльных просёлках Пенсильвании. Скопив полтыщи елёных, Джозеф переслал их семье и на эти деньги в Америку прибыли два следующих по старшинству брата новоявленного американского коммерсанта. За пару лет троица перетащила в Новый Свет остальных селигманят, которые по приезду приобщались к семейному бизнесу: инвестиционная компания, сеть мануфактурных магазинов, дотягивающаяся аж до Нью-Йорка, а главное — обслуживающая лагеря золотодобытчиков Калифорнии во время Золотой лихорадки. Бизнес принёс такую прибыль, что братья занялись скупкой и перепродажей золотых слитков, а тут Гражданская война подоспела…

С первых дней войны братья Селигман вплотную занялись экипировкой и снабжением армии северян. Когда у последних закончились деньги, Джозеф и Ко. взяли на себя заботы по преодолению финансовых проблем Союза и продали в Европе американских облигаций на… 200 миллионов долларов, вдумайтесь в цифру, это шестидесятые годы девятнадцатого века.

На эти деньги пошатнувшийся было Союз и продолжил боевые действия и привёл остатки своей армии к дверям той самой хижины дяди Тома.

Позволю себе усомниться в абсолютной бескорыстности фигурантов описываемых событий: главком Грант, выходец из семьи нищих шотландских эмигрантов, начавший военную карьеру вторым лейтенантом пехоты, положив на полях сражений до семидесяти тысяч своих солдат, завершил её по волеизъявлению Конгресса со специально принятым для него титулом генерала армии, и, сменив походную повозку на президентское кресло, сразу же приступил к рефинансированию военного долга, не без помощи вездесущих братьев, конечно же. Сами Селингманы по окончании боевых действий основали международный инвестиционный банк с отделениями в Нью-Йорке, Париже, Лондоне, Франкфурте и Сан-Франциско. Позже братья вместе с Ротшильдами взяли на себя всю сумму облигационного займа на развитие военно-морского флота США — всего-то 150 миллионов зеленью, так, мелочь — и занялись более важным делом, — строительством железных дорог; после были ценные бумаги Панамского канала, сталелитейные компании и прочие приятные хлопоты.

Вскоре Селингманы породнились с небезызвестными Гуггенхеймами, а отпрыски сдвоенного клана уже заседали в знаменитом «Комитете семидесяти» — с коррупцией боролись. В свою очередь их отпрыски, отучившись в европейских столицах, занялись кто «экономической интерпретацией истории», кто — упорядочением общественных финансов и развитием принципов прогрессивного налогообложения в теории и на практике, не брезговали и участием в работе правительственных и общественных организаций, продвигавших социальные реформы и т.д. и т.п. А вы говорите — война, санкции, бурёнки пукают, мука из тараканов, Бидона на мыло… это всё забавы для простецов.