Тема сокращения рабочего времени продолжает будоражить воображение российской общественности. Почему-то мы уверены, что трудимся слишком много, и настолько хорошо, что пора бы и урезать рабочее время. Но ведь еще лет 15 назад аналитики российских финансовых компаний и чиновники профильных министерств заявляли, что главная проблема российской экономики — это относительно низкая производительность труда.
С тех пор мало что изменилось. По производительности труда Россия отстает от Западной Европы в 2-3 раза, от США в 3-4 раза. При этом в отличие от некоторых других нефтяных стран объемы добычи «черного золота» на душу населения в России достаточно скромные. Доля нефтегазового сектора в ВВП России около 20%. К тому же грубо половину добываемой нефти Россия экспортирует, а половину потребляет сама. Поэтому нефтяной ренты точно на всех не хватит. Нам надо работать.
Еще будучи министром финансов Алексей Кудрин заявлял, что рост производительности труда является единственным устойчивым драйвером роста экономики. Однако техническая модернизация сдерживается санкциями. А низкая безработица сдерживает конкуренцию на рынке труда, которая, как гласит экономическая теория, очень полезна для развития экономики.
Эта проблема касается не только России, но и всей глобальной экономики. Несмотря на развитие технологий и автоматизации, с 2004 года продуктивность труда в мире росла ежегодно лишь на 1,4%. Это в 2 раза ниже, чем в 1945-75 годах. Ставка на интернет и сотовую связь в масштабе планеты и России, в частности, не оправдалась. Дополнительные проблемы создает старение населения, которое касается если не всех, то очень многих. Население почти всех крупных экономик стареет, и даже Китай, похоже, не исключение. В США, например, увеличение на 10% доли пожилых людей снизит рост ВВП на душу населения на 5,5%.
Традиционно считается, что поддержать экономику России могут мигранты. Без них однозначно не обойтись. Конечно, наши мигранты из бывших советских республик нам не совсем чужие – объединяет общая история СССР, в некоторых случаях Российской Империи и даже Золотой Орды. Однако проблема их интеграции в российское общество и вопросы этнической преступности также существуют. Плюс, когда рубль падает, (а это происходит с ним достаточно часто - c 1998 года он упал с 6 до 90 руб./дол), мигранты не особо жаждут получать российскую зарплату. А ещё миграция мешает развитию внутреннего рынка труда. Зачем, когда есть дешевые иностранцы?
Единственный правильный выход — это инвестиции в человеческий капитал, рост качества каждого гражданина России. Кто-то справедливо сказал, что в нынешней ситуации люди – новая нефть. Однако процесс этот не быстрый. Ведь человек по своей природе ленив, и в большинстве случаев добровольно заниматься повышением собственной капитализации на рынке труда не желает. Сотрудники сектора информационных технологий и инвестиционных компаний, вероятно, приятное исключение.
С учетом всего вышесказанного, как ответить на вопрос: можем ли мы работать меньше? Четыре года назад бывший президент России Дмитрий Медведев предложил обсудить введение четырехдневной рабочей недели. Он также предлагал сократить рабочую неделю в некоторых регионах или компаниях в качестве эксперимента, отметив, что многие развитые страны движутся в сторону сокращения рабочей недели.
Однако на самом деле идея спорная, даже плохо реализуемая. Переход на четырехдневку возможен только для чиновников, на предприятиях для этого необходимо резко повысить производительность труда, что невозможно. Поэтому более 80% российских компаний заявили, что не считают переход на четырехдневную рабочую неделю необходимым и экономически оправданным. Есть также риск, что менеджмент заставит работать сотрудников по пятницам неофициально. То есть четырехдневная рабочая неделя останется только на бумаге.
Богатство нации может значительно увеличиться только за счет развития фондового рынка и капитализации российских компаний, большинство из которых до сих пор торгуются по оценочным мультипликаторам дешевле не только заграничных аналогов, но и уровней 2021 года. Если не случится нового технологического прорыва, что пока достаточно маловероятно, то в ближайшее время резкого увеличения зарплат ждать не стоит, да и работать меньше нам вряд ли суждено.