Советский плакат 1920 года
12—14 ноября — дни «крымской эвакуации» 1920 года, которая завершила Первую гражданскую войну на территории Европейской России. Существует стойкий миф, что барон Врангель и его подчинённые провели образцовую Севастопольскую эвакуацию, совсем не похожую на «Новороссийскую катастрофу» в марте того же года, за которую отвечал генерал Деникин. Но этот миф отлично разоблачается, прежде всего самими белыми.
Генерал Яков Слащёв-Крымский вспоминал: «Эвакуация протекала в кошмарной обстановке беспорядка и паники. Врангель первый показал пример этому, переехал из своего дома в гостиницу Киста у самой Графской пристани, чтобы иметь возможность быстро сесть на пароход, что он скоро и сделал, начав крейсировать по портам под видом поверки эвакуации. Поверки с судна, конечно, он никакой сделать не мог, но зато был в полной сохранности, к этому только он и стремился».
Барон Пётр Врангель в последний раз спускается по лестнице Графской пристани в Севастополе. Ноябрь 1920 года
А вот свидетельство белогвардейца-монархиста Г.В. Немировича-Данченко:
«Несмотря на то, что я запасся всеми необходимыми удостоверениями для погрузки на «Рион» и подлежал «обязательной эвакуации», на пароход удалось попасть каким-то чудом, после шестичасового стояния в толпе и душу раздирающих сцен у трапа... На глазах у чаявших попасть на спасительный пароход, сперва грузили свиней для питания тыловых превосходительств и ящики с увозимым казённым добром, а затем, уже под вечер, вспомнили о «штатских»: журналистах, врачах, сёстрах милосердия, профессорах и прокурорах. Генерал Петров распоряжался порядком эвакуации, уцепившись обеими руками в загривки двух своих ординарцев и брыкая ногами в лицо запоздавшим женщинам. Когда какая-нибудь унылая фигура не повиновалась его окрикам, тогда появлялись рослые молодцы с винтовками с примкнутыми штыками, и пожитки несчастного летели в море. Ещё на берегу чернела густая толпа народа, когда трапы начали панически убирать (как потом выяснилось, кто-то шепнул ген. Петрову, что большевики готовят нападение на пароход), и доступ на пароход был прекращён. Полурастерзанные, оглушённые тумаками и площадной бранью, грохнулись мы наконец на палубу «Риона».»
Вот такие расчудесные дела: Его Превосходительство, которое брыкает ногами стремящихся попасть на борт женщин, и тут же рядом свиньи для кормления уносящей ноги золотопогонной «элиты» Отечества. Вроде бы и показана Крымская эвакуация даже в советских художественных фильмах, например, в фильме «Служили два товарища» (1968), но такой правды там не увидеть, там всё смягчено и завуалировано. Почему? Да потому, что в СССР тогда уже вовсю шла ползучая реабилитация белого воинства и «Белой идеи», и такого грубого натурализма не приняла бы тогдашняя интеллигентская аудитория. Воскликнула бы: «Фу! что за грубая агитка, что за лобовая пропаганда! Такого просто не могло быть, белые были джентльмены!». А ведь это была бы не агитка, а чистая правда из белых мемуаров. А вот обаятельный по-своему образ белого поручика Брусенцова, созданный в том же фильме Владимиром Высоцким, принимался на-ура. Он, конечно, безбашенный отморозок, спору нет, но всё-таки тоже «рыцарь Белой идеи», и представить его, например, брыкающим ногами в лицо спасающихся женщин никак нельзя.
Можно ли после этого обижаться на Розалию Самойловну Землячку и её товарищей, которые произвели очистку земли крымской от оставшейся на ней после освобождения белогвардейской швали — так сказать, дезинфекцию, дезинсекцию и дератизацию? Никак нельзя — то есть белые до сих пор зубами скрипят и плюются, так им положено, а всем левым, красным и советским следует отдать Розалии Самойловне и её товарищам низкий поклон и глубокую благодарность за сделанное.
А это небольшая подборка советских карикатур на Врангеля:
В РСФСР Врангель попадал не только на плакаты, но и на конфетные фантики
Карикатура Кукрыниксов на барона Врангеля. Из альбома «Кого мы били»
Объявление. Внимание автором сделан новый канал. Анализ актуальных политических новостей