23 ноября 1984 года на большие экраны вышел «Жестокий романс» — картина Эльдара Рязанова, которая в очередной раз переосмыслила давно известный сюжет «Бесприданницы». Вспоминаем, как создавалась образцово-показательная лента о любовном треугольнике, разгромленная советскими кинокритиками.
Кинодебют Гузеевой
«Жестокий романс» стал первым крупным художественным фильмом, в котором появилась Лариса Гузеева — на тот момент 25-летняя начинающая актриса, только-только закончившая Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии. Во время съемок ей было непросто держаться на одном уровне с уже довольно опытными коллегами-актерами, а Рязанов и вовсе вспоминал о работе с подопечной так: «Поначалу её профессиональное невежество было поистине безгранично, но когда снимались последние эпизоды, работать с ней стало значительно легче».
Однако такой опыт в кино пошел ей на пользу: после громкого дебюта в картине Рязанова ее карьера стремительно пошла в гору и Гузеева снялась еще более чем в полусотне проектов.
Пробам — нет!
Как рассказывал сам Рязанов, никаких проб на роли не было (за исключением уже упомянутой Ларисы Гузеевой). Он заранее знал, какие актеры ему нужны для воплощения замысла, и сразу отправился к Михалкову и Мягкову за согласием участвовать в съемках. К счастью, его режиссер и получил.
Не первый и не последний
Наверное, ни для кого не секрет, что в основу фильма легла знаменитая пьеса Александра Островского под названием «Бесприданница». Однако интересно, что «Жестокий романс» был далеко не пионером на этом поприще: до Рязанова произведение драматурга уже пытались интерпретировать режиссеры Кай Ганзен (в 1912 году) и Яков Протазанов (в 1936 году). А первая постановка «Бесприданницы» на театральных подмостках состоялась еще в ноябре 1878 года, при жизни автора.
При участии Брежнева
На самом деле Рязанов и не думал создавать фильм по мотивам Островского. По его словам, произведения писателя не находились в «русле его режиссерских интересов», но все решил случай. После смерти Брежнева в 1982 году работа над экранизацией «Дорогой Елены Сергеевны», которой на тот момент занимался Рязанов, была отложена. Сам режиссер уехал на дачу и по совету своей первой жены прочитал «Бесприданницу», после чего пришел к выводу, что такой материал обязательно надо переносить на большие экраны.
Советский супергерой по имени Никита Михалков
После премьеры на картину и ее создателей обрушился самый настоящий шквал критики — притом далеко не всегда конструктивной (скорее, чаще всего не). Практически в каждом номере «Литературной газеты» выходили разгромные рецензии под следующими заголовками: «К чему? Зачем?», «Всего лишь романс», «Победитель проигрывает». Особенно досталось Никите Михалкову, исполнившему роль Паратова. Журналисты газеты «Труд» написали о нем так: «Чувствительный супермен (вспомните отнюдь не скупую мужскую слезу, сбегающую по его щеке под пение Ларисы) — вот что такое Паратов в фильме».
Ссора на съемочной площадке
В картине под названием «Жестокий романс», как ни странно, действительно было много романсов — и с некоторыми из них связана небольшая размолвка, произошедшая на съемочной площадке. Валентина Пономарева, исполнявшая партии героини Гузеевой, обиделась на то, что ее имя не указали в титрах: до работы в кино она пела в джазовом трио и не знала, что имена певцов обычно не попадают в фильм. После выхода ленты она расстроилась настолько, что потом еще долго не общалась с Рязановым.
Туманный конец
Ради финальных сцен фильма команде пришлось изменить график съемок: Рязанов на пару с художником Александром Борисовым вдохновился идеей использовать вместо всяких современных дым-машин настоящий приволжский туман (картина снималась на Волге, в Костроме) и отказывался снимать конец «Жестокого романса» иначе.
А вы любите эту работу Рязанова? Пишите в комментариях!