В этой криминальной истории телефонный звонок в отдел милиции Октябрьского района Уфы сыграл удивительную роль. Вечером 9 января 1985 года ответственному от руководства майору милиции Евгению Черепахину доложили о звонке мужчины. Коротко сообщив, что по адресу улица Сипайловская 26 совершенно убийство, неизвестный бросил трубку. В это время в кабинете Черепахина скучал судмедэксперт Николай Чернов. Время тянулось медленно, и они решили съездить по указанному адресу, посмотреть о каких криминальных похоронах говорилось в анонимном звонке. Морозно, под ногами скрипит снег. Не ошиблись калиткой, в сенях пара еловых венков с красными лентами. У гроба покойной старухи сидела парочка родственников, на столе распечатанная бутылка водки, поминки уже начались. Занавески задернуты, на стене приколот кнопками, портрет Вахтанга Кикабидзе в шляпе и с тростью.
Из кухни на шум вышла женщина могучего телосложения в одеяние с открытыми плечами, которое не слишком гармонировало с похоронами. Вид у нее был агрессивный и одновременно настороженный. Изобразив тупого милиционера, Черепахин заговорил о краже на соседней улице, может, кто что слышал или видел? Майор милиции достал блокнотик, и все прошли на кухню, для более подробного разговора. Судмедэксперт Николай Чернов на несколько минут остался один у гроба и в этот момент сам себе казался алчущим родственником в поисках бриллиантов покойной бабушки графини. Затаив дыхание, он запустил руку под накидку с херувимами. Только вместо драгоценностей в руках эксперта трещат переломанные кости мертвой старухи. Как Чернов потом говорил, он не поверил своим рукам и ушам. Майору милиции он шепнул: «Ни одного целого ребра, будто грузовик проехал». Сначала Черепахин не понял, о чем речь, потом почувствовал, как его охватывает злоба. Перед глазами замелькали картинки одна страшнее другого. Милиционер и эксперт вышли на крыльцо, глотнуть свежего воздуха. Выкурили по сигарете и позвали сноху покойной. Некоторое время царило напряженное молчание, а затем Черепахин задал вопрос о переломанных ребрах свекрови. Реакция тучной матроны была самой неожиданной. Взревев как дикое животное, она разбросала двух мужчин в стороны и ринулась обратно в дом, будто стремилась к какой-то одной ей известной цели. «Стой, стрелять буду»! - крикнул Черепахин. С тем же успехом он мог приказать урагану. В последний момент, перворазрядник по вольной борьбе, майор милиции захватом ног свалил, ну и силища, женщину и завернул руку за спину. В соседнем дворе залаяла собака. Милиционер и эксперт глубоко дышали. Ну, просто, сумасшедшая, какая - то. Если и существовали какие-либо сомнения, то их рассеяли поведение задержанной снохи. Но сюрпризы на этом не кончились. Как бы там ни было надо конвоировать задержанную женщину в отдел милиции. Набросили ей пальто на плечи, сержант потянулся за валенками, при этом произошло неожиданное - один валенок выпал из рук и с глухим ударом стукнулся о дощатый пол. Что это? Сунули руки, а валенок набит булыжником-голышом, какие кладут на каменку деревенской бани. Возникла немая сцена. Это было не просто неожиданно, это ошарашивало. Совершенно очевидно, что старуху убивали этим валенком, таким каменным кулаком, в замшевой перчатке, не оставляющей следов. На смену удивления, пришел гнев. Как Черепахин ненавидел убийства беззащитных стариков и детей. Размышлять было некогда. С самым свирепым видом, майор милиции с валенком в руке, сделал шаг навстречу убийце старухи. В детективных романах, этот прием называется «момент истины» или лобовая атака. Казалось, покойная свекровь восстала из смертного ложа, чтобы наказать своего душегуба. Белая, как снег от страха сноха, выставила руку перед собой и попятилась назад. Ей хотелось жить. Надо было пользоваться шансом. Эксперт Чернов вынул из папки чистый лист бумаги. Только в кино можно увидеть подобное. В том, что убийца, писала признательные показания у гроба жертвы, было, что -то библейское, о смертном грех и неминуемой расплате. В глазах Черепахина вспыхивают искорки торжества. Он смотрит на часы. С момента обнаружения «трупа» и признания убийцы прошло менее получаса. Поистине, великолепный момент. Любой сыщик, мог бы этим гордиться. К этому времени дом был необитаемым, родственники и соседи усопшей исчезли, будто всех ветром сдуло. Пришлось выставить у «тела» почетный караул, в лице сержанта милиции будто у гроба какой-то знаменитости. На улице небо расчистилось. Выглянули яркие зимние звезды. Приехали в отдел милиции усталые, но довольные. Мозги требовали разгрузки. По такому случаю не грех и выпить. Черепахин достал из сейфа бутылку коньяка. Пережитое напряжение сменилось веселым настроением. Хохотали, вспоминая как «стопудовая мегера» раскидала их в стороны будто котят. Но дело не шуточное. Что и говорить, убийство не плохо спланировано, утром земля проглотила бы эту страшную тайну. Мысли о жестоком убийстве не давали покоя. Далекий от криминала, Чернов был будто ошеломленный. Он нервно ходил по кабинету. Чрезвычайно странно? Судмедэксперт мучил вопрос, как не глупая баба, во всей своей дьявольской сущности, оставила такую убийственную улику на виду. У сыщика Черепахина не было терпения разгадывать загадки. Шумно выражая свое любопытство, они спустились в камеру задержанной женщины. Оба относились к убийце в этот момент скорее с интересом, чем с презрением. У задержанной, были крепкие нервы, сноха спала на деревянных нарах, будто ее забрали за мелкое хулиганство, а не убийство. После того как ее разбудили, она медленно села на нары, а потом встала на ноги. На милиционера и судмедэксперта смотрели большие карие глаза. На вопрос, пышная с головы до ног, женщина попросила закурить, глубоко затянулась и выпустила дым через ноздри. Ответ прозвучал просто как дважды два четыре: «Баньку топим в субботу, тогда бы и отнесла булыжники-голыши на каменку». Замечательно! Это было трогательно и даже забавно, хотя одновременно и горестно. Казалось впечатления, двух захмелевших мужчин после этих слов пленительно наивной убийцы, странным образом перемешались. Затем произошла сцена типичная для таких моментов. Майор милиции Евгений Черепахин протянул арестованной пачку сигарет, судмедэксперт Николай Чернов нервно похлопал по карманам и не найдя ничего, виновато улыбнулся.
Чернов Николай Васильевич родился 12 августа 1949 году в деревне Такман Архангельского района Баш. АССР в семье колхозника и домохозяйки. В 1960 году семья переехала в пригород Белорецка. Окончил 10 классов школы №1 города Белорецка и музыкальную школу. 1966-1972 год медицинский институт Башкирии. 1974 -1986 год судмедэксперт городского морга Уфы. Самоуверенный, жизнерадостный и деятельный человек, он 18 лет!!! (1986-2014) руководил уфимским городским моргом и его энергичность, по части заботы и процветания медицинского учреждения вошла в легенду. Звания: Кандидат медицинских наук. Эксперт высшей категории. Отличник здравоохранения СССР. Заслуженный врач РФ. Награды: медали и орден заслуги перед Отечеством 4 степени, вручен в Кремле президентом России.
Генерал-полковник милиции Овчинников Н.А., Черепахин Е.Г., генерал майор
полиции Мартынов В.В.
Черепахин Евгений Григорьевич родился 9 сентября 1946 года в городе Уфа. Окончил восьмилетку школы №39. Работал на заводе Стекловолокно, учился в вечерней школе №13. Увлекался спортом: вольная борьба, первый разряд. 1965- 1968 год служба на флоте, отдельный десантный дивизион, город Лиепая, Латвийская ССР. Балтийское (Кронштадт) училище военных моряков. Служба - город Североморск. 1974-1978 год инспектор уголовного розыска отдела милиции Советского района Уфы. 1978-1980 год ст. инспектор по особо важным делам управления уголовного розыска. 1980-1983 год начальник отдела по борьбе с бандитизмом управления уголовного розыска МВД БАССР. Окончил юридический факультет БГУ. 1983-1987 год заместитель начальника милиции Октябрьского района Уфы. 1987-1991 год начальник милиции Советского района Уфы.
Подполковник милиции. Награжден медалями, нагрудным знаком: «Отличник милиции», «За отличную службу МВД».
Информация к очерку, заимствована из I тома, книги Е.Г. Черепахина «Записки опера».
Ирек Муктасаров
8 9174645225