В маленьком квартале района Гринвич-Виллидж, в одном из трёхэтажных домов живут две молодые художницы Сью и Джонси. Джонси заболела воспалением лёгких и находится на грани смерти. За окном её комнаты с плюща облетают листья. Джонси твёрдо уверена, что как только с дерева упадёт последний лист, она умрёт. Сью пытается уговорить подругу избавиться от пессимистических мыслей.
В том же доме в нижнем этаже живёт шестидесятилетний неудачливый художник Берман, который из года в год мечтает изобразить шедевр, но даже не предпринимает попыток приступить к воплощению своей мечты. Сью приходит к старику Берману с просьбой позировать ей для своей картины и рассказывает о болезни подруги и её глупом убеждении, что вызывает у старого художника лишь насмешку над подобного рода дурацкими фантазиями:
Возможна ли такая глупость — умирать оттого, что листья падают с проклятого плюща! Первый раз слышу. <…> Как вы позволяете ей забивать голову такой чепухой? Ах, бедная маленькая мисс Джонси!
По окончании беседы молодая художница и её новоиспечённый натурщик отправляются вверх по лестнице в студию Сью и Джонси.
Наступившая ночь выдалась ветреной и дождливой. На другое утро больная потребовала открыть занавеску, чтобы увидеть, сколько листьев осталось на плюще. После ненастной погоды на фоне кирпичной стены виднелся последний лист. Джонси уверена: скоро он опадёт — и тогда она умрёт. Однако в течение последующих дня и ночи лист всё ещё продолжал висеть на ветке. К удивлению девушек, он остался на месте и на следующее утро. Это убеждает Джонси в том, что она согрешила, пожелав себе смерти, и возвращает ей волю к жизни.
Днём приходит доктор и говорит, что у Джонси неплохие шансы на выздоровление. После он сообщает, что должен навестить ещё одного больного — по фамилии Берман: старик очень слаб, а форма болезни тяжёлая. На следующий день доктор констатирует, что Джонси на пути к полному выздоровлению. В тот же вечер Сью рассказала приятельнице, что Берман умер в больнице от воспаления лёгких:
Он болел всего только два дня. Утром первого дня швейцар нашёл бедного старика на полу в его комнате. Он был без сознания. Башмаки и вся его одежда промокли насквозь и были холодны, как лёд. <…> Потом нашли фонарь, который всё ещё горел, лестницу, сдвинутую с места, несколько брошенных кистей и палитру с жёлтой и зелёной красками. Посмотри в окно, дорогая, на последний лист плюща. Тебя не удивляло, что он не дрожит и не шевелится от ветра? Да, милая, это и есть шедевр Бермана — он написал его в ту ночь, когда слетел последний лист.