Летом 1833 года произошло знаменательное событие – открытие золотоносных пластов на притоках р. Кан. Их первооткрывателем стал красноярский купец Михаил Коростелев. Так его имя оказалось в числе первых открывателей золота в Енисейской губернии.
Автор: Татьяна Субботина
Несколько десятилетий назад в историю Саянского района прочно вошло имя купца и золотопромышленника Михаила Коростелева.
Произошло это с легкой руки работника Красноярского краевого архива Ольги Сордия, которая рассказала о купце, подавшем прошение о строительстве тогда еще в деревне Агинской каменной церкви.
Статья была опубликована в районной газете. В ней, в частности, говорилось о том, что в сентябре 1835 года красноярский купец, владелец золотых промыслов, имеющий в Агинском собственный дом и «другие заведения для золотопромышленности» Михаил Коростелев обратился к епископу Томскому и Енисейскому Агапиту с «покорнейшим прошением» разрешить построить в д. Агинской церковь из камня. К прошению он приложил план и фасад предполагаемой к строительству церкви, объявив, что жертвует для этого кирпич и кровельное железо.
Это, действительно, был очень смелый шаг, ведь только в 1833 году с большим трудом в казенном поселении на реке Аге завершили заселение 30 ссыльнопоселенцев. А тут сразу – каменная церковь, что практически переводило казенное поселение из деревни в село и, может быть, определило её дальнейший статус как центра будущих Агинской волости и Саянского района.
«Золотоносный» Кан
Но, видимо, инициатива купца не была случайностью, ведь летом 1833 года произошло ещё одно знаменательное событие – открытие золотоносных пластов на притоках р. Кан. Их первооткрывателем стал все тот же Михаил Коростелев. Вместе с Данилой Базумаевым, охотившимся в верховьях Кана и Агула, он отправился в устья этих рек в поисках золота. 19 сентября на берегу речки Янга – приток р. Кан – Михаил Иванович, промывая песчаные пробы, обнаружил золотые блестки. На этом месте он соорудил старательскую промывку и из 8767 пудов песка добыли первые 130 граммов золота. Будущий злотопромышленник официально зарегистрировал намытое золото и вскоре на р. Янге заложил прииски Михайловский, Николаевский, Анатольевский и Иннокентьевский. Эта находка открыла эпоху «золотой лихорадки» в Енисейской губернии, изменившей жизнь губернии и многих её жителей на целые десятилетия.
Резиденцией золотопромышленников стала д. Усть-Анжа, в которой расположили контору, склады товаров и припасов, необходимых для работы приисков.
Какие именно события подвигли красноярского купца Михаила Коростелева через два года выступить в роли инициатора и попечителя строительства каменной церкви в небольшой д. Агинской, мы никогда не узнаем, но то, что эти два события неразрывно связаны между собой, не может вызывать сомнений.
В 1844 году, уже после смерти Михаила Коростелева, церковь во имя Святителя и Чудотворца Николая Мирликийского была освящена, и Агинское получило право называться селом.
В 1911 году на территории Агинской волости насчитывалось 6 приисков: Екатерино-Мариинский – наследников Гудкова и Саввиных на реках Тукша и Янга, Июльевский-Коростелева – по реке Тукше, Николай-Иннокентьевский – владельца Стульчинского по ключу Забочному, Отрадный также Стульчинского – по рекам Караган и Малмын, Петропавловский – наследников Гудкова на реках Тукша и Янга и, наконец, Юльевский – Манского золотопромышленного товарищества по реке Мане. К сожалению, сведений по истории золотодобычи в Саянском районе практически нет. Эта тема ещё ждет своих исследователей.
Купец 2-й гильдии
А вот имя Михаила Коростелева не забыто и поныне. Пользуясь различными источниками, удалось восстановить не только его биографию, но и некоторые факты из истории его семьи.
Первое упоминание о роде Коростелевых в Красноярске связано с именем деда Михаила Ивановича – Ивана Емельяновича Коростелева (1727-1796). Приписан он был к деревне Коростелевой Канского уезда, хотя жил в г. Красноярске. Есть даже предположение, что эта деревня им и основана. Известно, что деревянный Красноярск часто горел, особенно страшным был пожар 1773 года, после которого осталось 30 домов. И, стремясь быстро обзавестись жильем, погорельцы Коростелевы после пожара временно обосновались у реки Кан и образовали деревню, которая получила своё название по их фамилии.
Видимо, Иван Емельянович был из торгующих крестьян и после объявлений о своем капитале зачислен в купцы 3-ей гильдии. В различные годы он исполнял службы городского головы, ратмана и бургомистра. У Ивана Емельяновича было пять сыновей, двух из которых звали Иванами, и одна дочь.
Один из сыновей, так называемый Иван-меньшой (1756 г.р.), женился на Татьяне Ивановне Саламатовой – дочери одного из основателей д. Козылы (д. Саламатовой). В этом браке родилось три дочери и четыре сына, в том числе и Михаил Коростелев (1780 г.р.). После смерти жены во втором браке у Ивана Ивановича и Прасковьи Никитичны Коростелевых родилось ещё трое детей.
Отец большого семейства Иван Коростелев умер около 1801 года, когда его старшему сыну Михаилу исполнился 21 год. Именно на его плечи легли заботы о мачехе, пяти братьях и трех сестрах. Старшая сестра, вероятно, была замужем. Известно, что в 1815 году одна из сестер – Аксинья (Ксения) вышла замуж за мещанина г. Тобольска Ивана Кузнецова – одного из представителей знаменитой в будущем династии красноярских купцов и благотворителей Кузнецовых.
Женой же Михаила Коростелева стала дочь дьячка Димитриевской церкви в с. Коростелево Агафья Рачковская (1780 г.р.). О детях супругов Коростелевых сведений нет.
Сохранились сведения, что в конце 1810-х годов Михаил Коростелев, купец 3-й гильдии, участвовал в строительстве красноярской церкви Всех Святых. С 1811 по 1814 годы был бургомистром г. Красноярска и во время Отечественной войны 1812 года пожертвовал 650 руб. на нужды армии. Жил он в это время в доме по ул. Воскресенской (ныне пр. Мира), по наследству владел находившимся рядом земельным участком. Позже приобрел дом по ул. Малокачинской.
О купце Михаиле Коростелеве упоминает в своей книге первый губернатор Енисейской губернии Александр Степанов: «Красноярское купечество занимается торгом скота, пушного товара, хлеба. Доставка товаров сухим и водным путем до Нижнего Новгорода […] принадлежит одному только частному лицу». Этим-то «лицом» и был Михаил Иванович – 1829-1831 годах – избранный городской голова. В эти годы объявленный им капитал составлял 8 000 рублей. Основное занятие – розничная торговля разными товарами в лавке гостиного двора. Также он скупал в Ачинском, Канском и Минусинском округах пушнину, лошадей, скот, сало, масло, кожу и отвозил всё это на продажу в Иркутск, а часть скота – в Енисейск. В 1826 году ему принадлежал мыловаренный завод.
Внешность Михаила Ивановича Коростелева тех лет описывается так: «ростом 2 аршина 6 вершков (1 м 69 см); волосы и брови русые, глаза карие, нос и рот обыкновенные, подбородок гладкий, лицо белое; особые приметы: у левой руки большой палец кривой».
В связи с открытием в 1833 году на р. Янге золотоносных песков имя Михаила Коростелева оказалось в числе первых открывателей золота в Енисейской губернии и её первых золотопромышленников. В 1833-1838 году на основанном им прииске Михайловском было добыто 79 кг 551 г золота. Одновременно он вел поиски золота на реках Аянчиха, Канойба, Куроед. В 1839 году начал поиски золота в Удерейской золотоносной системе и открыл там 3 прииска: Громовский, Борисо-Глебский и Николаевский.
К 1840 году он вошел во 2-ю гильдию красноярских купцов, торговлю оставил, полностью посвятив себя золотому промыслу.
В некоторых исследованиях, посвященных золотопромышленнику его называют канским купцом. Может быть, потому, что в Рыбинской волости Канского уезда у него был собственный дом с постройками. А вот о принадлежащем ему доме в с. Агинском, а также активном участии в строительстве агинской Николаевской церкви в общедоступных источниках не упоминается, и сведения эти пока – достояние только истории Саянского района.
Справка
- После смерти Михаила Коростелева в 1843 году вдова Агафья Федоровна и несовершеннолетние племянники Анатолий, Михаил и Ольга – дети младшего брата Лаврентия Ивановича, умершего в 1837 году, выбыли в мещанство. Опекуном над имением покойного назначен красноярский 3-й гильдии купеческий брат Александр Ларионов. Согласно описи, наследственное имущество оценивалось в 3 484 руб. 41 коп. В том числе, недвижимость в Красноярске на 1 306 руб., движимого имущества – на 350 руб. 50 коп. Кроме этого, дом с постройками в Рыбинской волости на 383 руб., 90 голов крупного рогатого скота на 521 руб., «разный хлеб» и овес на 440 руб. 43 коп., сено на 35 руб. и 32 десятины пахотной земли «без оценки».