Александр Александрович Юрлов открыл для нас старую русскую хоровую музыку. Мы знаем, что это большое дело, и за всем тем как-то слабо представляем, что это значит вообще – сама работа. То, что забыто, и то, чего нет, то, что существует только в виде сухих нотных знаков, где даже темпы не поставлены ... Как из всего этого сделать что-то живое? –даже представить себе трудно... Это всё равно что оживить человека. Ведь музыка тоже живое существо. Она дышит, она движется, она чувствует, она переживает, она реагирует, она ощущает человека. Вот эту кучу нот, эти мощи, пускай это святые мощи, музыкальные мощи, но всё-таки мощи, нужно было заполнить мускулами, кровью, силой, да так, чтобы потом всё это задышало, задвигалось... И вместе с тем, чтобы это пришло к нам не как какое-то древнее ископаемое, а как существо живое, полное сил, полное движений, полное эмоций. Для меня труд Юрлова – это чудо оживления музыки, музыки, которой, собственно, нет и которой никто уже давным-давно не знает и не слышит. Это всё очень трудно сделать.
Тем не менее Юрлов это сделал и сделал вовремя. Величие его дела тем более значительно и убедительно, что Юрлов снял ту тяжелую плиту, которая была положена на один из важнейших корней русской национальной культуры – на нашу древнюю духовную музыку. Он освободил от тяжести, от гнёта, от задавливания нашу корневую музыкальную систему, и жизнеспособная, она стала расти и плодоносить. Ведь искусство без корней, как и человек без своих духовных корней всё равно что перекати-поле– это человек без места в жизни, у него нигде нет пристанища. А растоптать перекати-поле может каждый...
Без корневой системы человек легко попадает в духовный плен. Находясь в духовном плену, он будет теперь питаться другой культурой, паразитировать на культурах других стран, других народов. Человеку и обществу, оказавшемуся в духовном плену, уже недалеко до плена политического, до плена социального, наконец, и до плена физического. Юрлов освободил русского человека из этого плена, вдохнул жизнь в нашу старую музыку и дал ей возможность прорасти в наш сегодняшний день. Старая музыка дала новые побеги, новые цветы. Огромное количество наших музыкантов и слушателей получило заряд высокой силы от этой чудодейственной музыки.
Побеги от старых и могучих корней вошли в сознание и в творчество многих музыкантов, композиторов, и я не являюсь в этом случае исключением. Старая, древняя музыка – часть моей внутренней культуры. Я не мыслю себя без этой музыки. Это и моя опора – как опора всякого русского человека. Хоровое искусство, по моему убеждению, – одно из самых великих чудес света и одно из самых великих искусств. Во времена общественного подъёма, замечательных гуманистических движений хоровое искусство расцветает всегда пышно и высоко. Наоборот, как только общество начинает болеть, появляются неполадки в социальном организме, непорядок, разобщенность в отношениях между людьми, первое искусство, которое приходит в упадок, – это хоровое искусство. Хоровое искусство – это барометр человеческих взаимоотношений, барометр здоровья человеческого общества, народа, государства.
«Валерий Александрович Гаврилин об Александре Александровиче Юрлове как музыканте-новаторе, даровавшем «вторую» жизнь древней духовной музыке нашего Отечества. Печатается с ред. сокращениями (2012 г.) по тексту расшифровки фонограммы телефильма «...И время собирать камни». Реж. Я. Назаров. Творческое объединение «Экран». 1987. Гаврилин Валерий Александрович (1939–1999)– композитор, Народный артист РСФСР, заслуженный деятель искусств РСФСР, лауреат Государственной премии СССР, лауреат Государственной премии РСФСР имени М.И. Глинки.»