9 ноября в прокат выходит апокалиптический блокбастер Жюста Филиппо «Катастрофа». «Сноб» поговорил с режиссером о том, как череда мировых катаклизмов изменила современное общество.
Ваш фильм-катастрофа работает на нескольких уровнях: вы сняли кино о семейной, политической и экологической катастрофе.
Катастрофы происходят повсеместно. Наверное, поэтому общество западных стран с годами стало более агрессивным и тревожным. Люди ощущают себя очень хрупкими. Агрессия же помогает избежать страха сломаться перед вызовами мира. Постоянная тревога сильно изменила людей, мы забыли о существовании обыденной жизни. Мне кажется, что современный социум далек от нормального бытия.
Как вы придумали концепт катастрофы, когда люди пытаются спастись от кислотного дождя?
У меня есть потребность трансформировать собственные страхи в кино, поэтому до начала работы со сценарием я всегда задумываюсь, с какими опасностями я сталкиваюсь. В «Катастрофе» мне хотелось передать чувство незащищенности, осознание факта, что каждый может стать жертвой катаклизма. Например, у меня есть друзья в Перу и во время эпидемии COVID-19 даже самые богатые из них не могли получить медицинскую помощь.
Почему вы решили писать сценарий в соавторстве?
Мне нужна была поддержка и чтобы кто-то помог создать мою проекцию в фильме. Этим человеком оказался сценарист Ясин Баддай. Я одновременно люблю и ненавижу кино про сверхлюдей и героев, поэтому вместе с Ясином мы придумали противоречивого центрального персонажа Михаэля (Гийом Кане), которому приходится реагировать на сложнейшие вызовы судьбы. Наверное, Михаэля можно также назвать антигероем: он очень далек от идеала. Его реалистичный и искренний образ позволил мне начать разговор о человеческой натуре.
Экстренные ситуации, когда человек находится, можно сказать, между жизнью и смертью, как правило, ставят его перед сложным моральным выбором. На экране часто используют такой сценарный прием, например мы видели это в сериале «Ходячие мертвецы» (2010–2022). Как вам кажется, можно ли судить людей по тому, как они ведут себя в кризисные моменты?
Думаю, что да. Но я сам не взялся бы никого осуждать или принимать чью-либо сторону, потому что никогда не был в похожих ситуациях и, надеюсь, не буду. Вы упомянули «Ходячих мертвецов», но можно вспомнить и постапокалиптический роман «Дорога» (2006), автор которого Кормак Маккарти заставляет героев убивать друг друга без какой-либо причины. Такие художественные решения мне кажутся больными, неправильными. Меня как зрителя и читателя они отдаляют от связи с реальностью.
При этом в вашей картине есть одна очень гротескная, натуралистичная сцена гибели персонажа в кислотной реке.
Она нужна была ради развития протагониста и создания чувства вездесущей, реальной опасности. В фильмах-катастрофах 1990-х годов герои неуязвимы, они могут пройти любые препятствия без каких-либо травм и последствий. Эпидемия COVID-19 изменила мой взгляд на человека и на протагониста в кино. Теперь это не герой с большой с буквы, а обычный, ранимый персонаж.
Беседовал Дмитрий Елагин