В четверг, 9 ноября, на экраны выходит триллер «Синдром». Сначала, как говорится, ничто не предвещало. Благополучная супружеская пара, в которой жена-художница (Оксана Акиньшина) пилит мужа-добытчика (Кирилл Кяро) на фоне красивых интерьеров и машин за невнимание и прочие тонкие психологизмы. И как-то все так в лоб, агрессивно, прямолинейно, что закрадывается подозрение, а не на сериал ли мы попали? И понимает ли сама актриса, что играет?
Но потом все становится на свои места. То есть на чужие. То есть с ног на голову. Потому что сценарий (Ирина Накарякова, при участии Антона Борматова) лихо закручен по детективной фабуле так, что никогда не догадаешься, кто главный убийца и жертва одновременно. Чисто русские убийства происходят на бытовом уровне, но они предельно мотивированные. Причем в прекрасных интерьерах отечественных небоскребов.
Не будем спойлерить, потому что это просто неприлично в случае с триллером. Но! Скажем лишь, что триггером этой сказочной истории на фоне сказочных интерьеров стала страшная автомобильная авария, которая полностью меняет жизнь Маши и Кирилла. Девушка не узнает мужа: он стал другим, уже не привычным трамвайным хамом, а пугающе идеальным. Но зря, ох, зря художница (во что, кстати, не очень-то веришь) Маша пытается найти объяснение такой перемене и разобраться в своих чувствах... До добра это не доводит вкупе с атеизмом и бесконечным винопитием героев. А доводит до синдрома Аспергера (погуглите, кстати, что это такое).
— Я очень люблю жанр триллера, — говорит режиссер Антон Борматов. — Причем в «Синдроме» еще и изрядная доля драмы, так что материал показался очень близким.... Для меня самое интересное, когда актеры играют так, что лучше ты и не мог представить. Поэтому я ловил момент и наслаждался этим. Все актеры были в хорошем смысле въедливыми, глубоко копали в плане истории, своих персонажей. Я надеюсь, зрителю будет интересно разгадывать загадки, которые мы им загадали.
Есть и бонус: Евгения Добровольская в роли матери Маши. За эпизодом выросли характер и судьба, чего не скажешь о героине Акиньшиной. Она ведет всю роль на одной тоскливой ноте... Может, потому, что подобных ролей у нее в багаже еще не было, пришлось срочно и не очень убедительно трансформироваться из ангела в злодейку...
— Проект привлек меня историей, темой, на которую редко кто высказывается в нашем кино, — говорит Акиньшина. — Моя героиня — сложный, неоднозначный персонаж, отношение к ней у зрителя будет меняться по мере развития сюжета.
В идеале так и должно быть. Но в реальности ее несчастная Маша весь фильм почему-то вызывает стойкую аллергию... А вот на грубого и хамоватого (сначала) Кирилла Кяро смотреть одно удовольствие. Хватит ему уж играть героев-красавчиков. Сдается, сам актер получает удовольствие от своего странного героя.
— Эта история заинтересовала меня жанром, я всегда любил психологический триллер и детектив, — говорит Кяро. — И мне всегда была интересна тема человеческого безумия. Так что роль, которую предстояло сыграть, мне понравилась. У меня была какая-то безумная творческая свобода, потому что причинно-следственные связи у поступков героя не совсем простые…
Второе, что привлекло актера в этом проекте, по его словам, — это возможность сняться у Антона Борматова.
— Мы знакомы давно, с 2005 года, — говорит Кяро. — На протяжении пятнадцати лет он звал меня на пробы, предлагая разный материал, но все не складывалось. Эта история камерная, всего три главные роли. Замечательная возможность поработать в ансамбле с Оксаной Акиньшиной и Николаем Мачульским. С Николаем я знаком давно и всегда интересовался его работами. Что касается Оксаны… Есть очень талантливые, разноплановые, яркие актеры и актрисы, а есть артисты, которые, на мой взгляд, отражают эпоху. Оксана, мне кажется, принадлежит ко вторым.
Трудно не согласиться. А ребус фильма, где богатых заставят плакать, попробуйте разгадать сами. Может, у вас получится сразу? Подскажем референс: «Привидение» Джерри Цуккера.
Эксклюзивы "Вечерней Москвы"
«Придумать миру содержание»: художник Александр Пономарев — о стихиях — морской и творческой
Есть только «МиГ», за него и держись: как проходили испытания боевой техники