Жизнь развела нас по разные стороны, я женился на другой женщине, из нашей татарской общины. Время от времени я вспоминал Тори. Вспоминал, как мы вместе писали стихи и муза была рядом с нами настолько, что ее можно было пощупать руками. Это было особенное время и особенная она. Эта девушка пропала также резко, как и ворвалась в мою жизнь. Она подарила мне незабываемые мгновения, и я вновь почувствовал себя живым. Не роботом, изо дня в день занимающимся одним и тем же, а живым. Я забыл, что значить быть живым и вспомнил об этом только, благодаря ей.
Жизнь моя вновь вернулась в то же русло, моя жена была простой женщиной, не сказать, что нас соединяла великая любовь. Скорее, мы были соратниками. Дома всегда ждал ужин, она была очень хозяйственной и доброй.
Спустя неопределенное количество лет.
Причал и розовый закат.
Я стоял на пирсе, глядя на то, как солнце едва касается горизонта. Облака уже перекрасились в светло-розовый цвет, было начало осени, но уже похолодало. Я был в вязаном свитере.
Тори подошла ко мне тихо, без лишних слов, я обнял ее, и в ту минуту все казалось таким правильным. Мы стояли, и потеряли счет времени, я чувствовал ее запах и тонкие волосы, своими ладонями.
Мы сидели на пляже, она положила голову на мое плечо, а закат в эту минуту становился все ярче и ярче, и скоро он погаснет. Ровно также, как когда-то погасла наша с ней история.
Мы мало говорили, но много чувствовали.
Мы общались о том, как интересно все устроено в жизни, о судьбе, о смысле, обо всем, что имело для нас значение.
Но вдруг, картинка стала расплываться так, будто я теряю сознание, я стал разглядывать черты лица Тори, но она снова ускользала. Я посмотрел на закат и увидел черное небо, а после, открыл глаза и увидел свою жену, сидящую рядом.
– Долго не могла тебя разбудить в этот раз. Я принесу кофе, - сказала она и покинула спальню,
Я закрыл глаза, пытаясь досмотреть свой сон, но он не приходил.
Я пытался запомнить его и удержать в сознании, и где-то в глубине души я верил, что однажды эти детали снова соберутся воедино, но уже будут не сном, а явью.
