Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Art creates the world

Писатели войны: текста о жизни, обугленные смертью

Поэзия и писательство существовали всегда, даже в самое суровое время жизни, такое как война, люди писали стихотворения, рассказы, очерки и излевали душу в рифмах, создавали жизни в текстах и делали это не на скорую руку лишь в черновик, а писали произведения, которые читают другие люди по сей день Александр Твардовский - советский писатель и поэт. Подполковник. Главный редактор журнала «Новый мир». Человек написавший образ отважного, смекалистого и с чувством юмора красноармейца Василия Тёркина, военная поэма, которую читают даже в спокойное время и до сих пор ставят театральные постановки по этому произведению. Александр Трифонович не остановил своё творчество на всенародно признанной поэме, а продолжил творить и после войны: поэмы, такие как "Тёркин на том свете", что является продолжением его предыдущего успешного произведения. Множество стихотворений написанные рукой Подполковника Твардовского и пробирающее до мурашек Две строчки
Из записной потертой книжки
Две строчки о бойце-пар

Поэзия и писательство существовали всегда, даже в самое суровое время жизни, такое как война, люди писали стихотворения, рассказы, очерки и излевали душу в рифмах, создавали жизни в текстах и делали это не на скорую руку лишь в черновик, а писали произведения, которые читают другие люди по сей день

Александр Твардовский - советский писатель и поэт. Подполковник. Главный редактор журнала «Новый мир». Человек написавший образ отважного, смекалистого и с чувством юмора красноармейца Василия Тёркина, военная поэма, которую читают даже в спокойное время и до сих пор ставят театральные постановки по этому произведению. Александр Трифонович не остановил своё творчество на всенародно признанной поэме, а продолжил творить и после войны: поэмы, такие как "Тёркин на том свете", что является продолжением его предыдущего успешного произведения. Множество стихотворений написанные рукой Подполковника Твардовского и пробирающее до мурашек

Две строчки
Из записной потертой книжки
Две строчки о бойце-парнишке,
Что был в сороковом году
Убит в Финляндии на льду.
Лежало как-то неумело
По-детски маленькое тело.
Шинель ко льду мороз прижал,
Далеко шапка отлетела.
Казалось, мальчик не лежал,
А все еще бегом бежал
Да лед за полу придержал…
Среди большой войны жестокой,
С чего — ума не приложу,
Мне жалко той судьбы далекой,
Как будто мертвый, одинокий,
Как будто это я лежу,
Примерзший, маленький, убитый
На той войне незнаменитой,
Забытый, маленький, лежу.
1943 год

Ион Деген
Ион Деген

Ион Лазаревич Деген - советский и израильский поэт и писатель, автор стихотворения «Мой товарищ, в смертельной агонии…». Танкист-ас во времена войны. Врач и учёный в области ортопедии и травматологии, а так же доктор медицинских наук. Ион Лазаревич был дважды приставлен к званию Героя Советского Союза. Стал доктор после войны, так как видел подвиги врачей на фронте, спасающих жизни солдатов, впоследствии никогда не сожалел о своём выборе. Ион Деген написал одно из своих самых известных стихотворений в декабре 1944 года и прочитав его можно хотя бы на малейшую долю понять, что такое терять товарищей на войне, когда война только продолжается

Мой товарищ, в смертельной агонии
Не зови понапрасну друзей.
Дай-ка лучше согрею ладони я
Над дымящейся кровью твоей.
Ты не плачь, не стони, ты не маленький,
Ты не ранен, ты просто убит.
Дай на память сниму с тебя валенки.
Нам ещё наступать предстоит.

Декабрь 1944

Тушнова Вероника Михайловна
Тушнова Вероника Михайловна

Вероника Тушнова - русская советская поэтесса и переводчица, член Союза писателей СССР. Издавала сборники стихов как во время войны, так и после. Зачастую писала в жанре любовной лирики, но конкретно сейчас хотелось бы обратить внимание на одно стихотворение написанное Вероникой Михайловной во время войны, стихотворение в котором проносится целый сюжет, а может и жизнь...

Ночная тревога
Знакомый, ненавистный визг…
Как он в ночи тягуч и режущ!
И значит — снова надо вниз,
в неведенье бомбоубежищ.
И снова поиски ключа,
и дверь с задвижкою тугою,
и снова тельце у плеча,
обмякшее и дорогое.
Как назло, лестница крута, -
скользят по сбитым плитам ноги;
и вот навстречу, на пороге —
бормочущая темнота.
Здесь времени потерян счет,
пространство здесь неощутимо,
как будто жизнь, не глядя, мимо
своей дорогою течет.
Горячий мрак, и бормотанье
вполголоса. И только раз
до корня вздрагивает зданье,
и кто-то шепотом: «Не в нас».
И вдруг неясно голубой
квадрат в углу, на месте двери:
«Тревога кончилась. Отбой!»
Мы голосу не сразу верим.
Но лестница выводит в сад,
а сад омыт зеленым светом,
и пахнет резедой и летом,
как до войны, как год назад.
Идут на дно аэростаты,
покачиваясь в синеве.
И шумно ссорятся ребята,
ища осколки по примятой,
белесой утренней траве.

1945 год.

-5

Нельзя не восхищаться этими людьми, которые находили в себе силы и вдохновение творить, даже в такое тяжёлое время. Благодаря таким людям, сейчас существует большое количество произведений, на которое можно равняться и выросло не одно поколение авторов.