Дверь открылась прямо передо мной вместе с курьером. Дом в самом центре Петербурга, на канале Грибоедова, – такой шанс нельзя было упускать!
Как же грустно мне стало, когда поняла, что кроме арочных окон на втором этаже больше глазу зацепиться не за что. Единственную лепнину и то – пополам «переехала» труба коммунальшиков. Простите, кто не согласен, - видимо, доходные дома избаловали меня печами, кариатидами и витражами.
Но второе дыхание открылось, когда начала копаться в истории здания. Итак, переносимся в XIX век.
Этот жилой дом на набережной Екатерининского канала появился около 1830 года. Через три года петербургский архитектор Михаил Щурупов произвел внутреннюю перепланировку здания и надстроил его дополнительным четвертым этажом.
Однако в народе на слуху дом стал только в 1900-х - когда сюда въехал Археологический институт. Он был основан в 1877 году и вел подготовку археологов и архивистов. Сюда он перебрался с Васильевского острова (9-я линия, 2).
Поступить в институт было не так-то просто – нужно было уже иметь высшее образование. В вузе преподавали славяно-русскую археологию, архивоведение, первобытную археологию, христианскую археологию, польско-литовские древности и еще много чего другого. После двух лет обучения эти стены покидали квалифицированные архивисты. До 1917 года вуз называли Императорским.
При этом часть дома оставалась жилой. Например, в 1907-1908 годы тут жил архитектор Василий Шауб. Мы как-то были на даче его семьи.
Но мое внимание привлек и другой момент. В 1888 году в этом доме Франсуа Обри с супругой Марии-Мадлен открыли конфетную мастерскую «Рабон». Сами кондитеры поселились в соседнем доме – номер 16.
Через год Мария-Мадлен стала вдовой. Но спустя четыре - попытала счастье еще раз и вышла замуж за Альберта Буше, взяв его фамилию. По одной из городских легенд, первому появлению пирожных Буше в нашем городе Петербург обязан именно Марии-Мадлен Буше.
В советские годы тут располагался ресторан «Чайка». Хотя те же городские мифы гласят, что одноименный кабачок находился в этом доме и до революции - здесь якобы отдыхали морские офицеры. По другой же легенде - в 1922 году здесь произошел эпизод, связанный с задержанием знаменитого налетчика Леонида Пантелеева.
В этом ресторане могли обедать и ужинать ленинградцы даже со средним достатком. Это было демократичное заведение. Но под конец СССР он обрел славу популярного валютного ресторана немецкой кухни – попасть суда уже могли немногие, только люди с достатком.
«Настоящие валютчики собирались в ресторанчике "Чайка" на канале Грибоедова, 14. Но не для сделок - дураков не было, а чтобы переговорить. Бешеное было местечко. Деньги наживали сумасшедшие», - вспоминал Лев Лурье в книге «Над вольной Невой от блокады до "оттепели"».
А актер Леонид Мозговой описывал «Чайку» в своих студенческих воспоминаниях за 1961 год таким образом:
«Когда мы в воскресенье сходили на спектакль к С. Надпорожскому, то потом решили всем курсом пойти в ресторан. Отказываться было неудобно, кроме того, мне очень хотелось посмотреть "що це таке", как говорят украинцы. Выбрали ресторан "Чайка" на канале Грибоедова, недалеко от угла Невского проспекта, в полуподвале. Ты знаешь, ничего особенного. Хорошее, но прокуренное помещение. Духота. Дым. Собственно говоря, денег у нас особенно не было, так что мы дольше выбирали, чем пили и ели».
📍Адрес: набережная канала Грибоедова, 14
Это не единственная интересная парадная на канале Грибоедова. Ранее мы поднялись по нуарной винтовой лестнице в дома Соколова. Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые открытия.
А если не хочется ждать новых выпусков - больше парадных и адресов в моем телеграм-канале Парадная гостья.