До слёз на днях зацепила песня гениального Юрия Стоянова «Сапожник». Весь день пою про себя её первый куплет:
«Не стремись залезть на пьедестал,
В каждом деле можно быть художником.
Если бы я клоуном не стал,
Я бы гениальным был сапожником.»
Я совершенно внезапно узнала, что он ещё и поёт.
И сердце щемит от этих нехитрых строчек. Может эта светлая тоска оттого, что сегодня мы нечаянно прогулялись по территории монастыря Свято-Троицкая Сергиева Приморская Мужская Пустынь. Не знаю.
Я не воцерковленный человек. Крещённая, но не особенно верующая. Да, собственно, это здесь ни при чём. В таких местах, а место там старинное. Например, в 1762 году, 29 июня, будущая Императрица Екатерина II провела несколько часов в Пустыни, куда граф Г.Орлов привёз ей письменное отречение от престола Петра III.
В таких намоленных местах, хоть ты верующий, хоть нет, всегда становится немного грустно и светло на душе.
А тут ещё погода способствовала: серое небо, полное безветрие и фирменная питерская морось, висящая в воздухе. Уже пахнет прелой листвой, но цветут последние, ещё не срезанные розы.
И говорить не хочется громко. Даже если рядом никого нет. Только дышать этим сырым воздухом, вглядываться в надписи на надгробиях, и думать о скоротечности жизни. И радоваться тому, что живой. Держать ладонь в тёплой ладони мужа и остро ощущать радость оттого, что можно вот так идти под одним зонтом. Собирать мокрые жёлуди. И внезапно наткнуться на надпись, на обратной стороне надгробия.
«Не стремись залезть на пьедестал...»
«Не слыть, а быть...»
И мёртвые перекликнулись в этот момент с живыми.
Быть. Не ползти не пьедестал. Не пытаться кем-то казаться. Быть собой и жить. Пока мы с этой этой стороны травы.
А мы все лезем и лезем на пьедесталы. И вроде как неловко быть обычным человеком. Обычным сапожником, парикмахером, сантехником, поваром.
Всё хотим казаться круче и необычнее, чем есть. Почаще надо выезжать в такие места. И песни слушать хорошие.
Ссылку на альбом прикрепила, если кому интересно.