Действующая инфраструктура Центрального московского ипподрома уничтожена: конюшни, левады, водилки, лазарет, фуражные и т.д. снесены, дорожки перекопаны. Что будет сооружено на нынешних развалинах?
По слухам, которые ходят в среде любителей рысаков, «реконструкторы» собираются превратить ЦМИ в конноспортивный комплекс, на котором будут проводиться бега и скачки, но тренировочного центра уже никогда не будет. То есть участники мероприятий будут приезжать на несколько часов (или суток) в Москву из других регионов, где они будут готовиться к выступлениям.
Надо сказать, что участие гастролеров на бегах и скачках на ЦМИ всегда было обычным явлением. Чем значимее были призы и выше призовые суммы, тем больше гостей приезжало. Однако в любом случае их количество измерялось процентами от лошадей, постоянно расквартированных на ЦМИ. В рядовые беговые дни (на ЦМИ бега устраивались 2-3 раза в неделю) гастролеров не было, все заезды формировались за счёт местных лошадей. Именно поэтому на ЦМИ в момент его процветания постоянно размещалось около 1000 рысаков. Три беговых дня такое количество лошадей обеспечивало полностью, что привлекало полные трибуны зрителей (а это – доходы от билетов и тотализатора).
Нельзя не остановиться на психологии любителей поиграть в тотализатор. Делать ставки на результат бегов или скачек – не то же самое, что делать ставки в казино. «Тотошники» - знатоки рысаков, надеющиеся сорвать огромный куш за счёт своих знаний. Они обычно были знакомы со всеми наездниками, сидели с секундомером на трибунах во время тренировок. Разбирались в происхождении лошадей, знали все клички наизусть, были осведомлены о том, кто с кем из наездников дружит, кто поругался, кто недавно получил растяжение или развёлся с женой и т.д. и т.п.
У них были свои фавориты, о достоинствах которых любители рысаков жарко спорили между собой. Представлять, что эти люди будут делать ставки в заездах, где бегут совершенно не известные им лошади или, тем более, в скачках – значит абсолютно не понимать психологию «тотошников». В Москве, как и во всей Центральной России (не говоря уж о Севере) любят бега и прохладно относятся к скачкам (в отличие от южных регионов, где скачки гораздо популярнее). Именно поэтому основную кассу на ЦМИ в тотализатор давали ставки на бега, а не на скачки.
Таким образом для того, чтобы тотализатор в Москве мог приносить более или менее приличный доход, в бегах должны принимать участие известные лошади. Кроме того, необходимо, чтобы бега проводились регулярно, а не несколько раз в год, во время Больших призов.
А теперь простая арифметика. Предположим, Центральный московский ипподром «реконструировали», построили гостевые конюшни, отсыпали дорогие дорожки, построили дополнительные трибуны и объявили о проведении бегов.
Вполне вероятно, что в первом мероприятии при хороших призовых суммах примет участие достаточное количество лошадей, чтобы составить полноценные заезды. А что будет дальше?
Коневладельцы запишут лошадей на те призы, величина которых будет сопоставима с затратами на их транспортировку и аренду «гостевого» постоя. У нас есть несколько коневладельцев, имеющие свои коневозки (они стоят чуть дешевле автомобиля, и нужен мощный джип в качестве тягача). У большинства их нет. Чтобы перевезти много лошадей, им надо заказывать перевозку. В рядовом заезде даже первое место не покроет всех расходов. Теперь вопрос: кто из коневладельцев будет регулярно привозить своих лошадей на Центральный московский ипподром для участия в рядовых заездах даже с ближайшего Раменского ипподрома? Лично я таких идиотов не знаю. Одно дело, когда разыгрывается миллион, хотя бы 300 тысяч, другое дело, когда обещают выплатить в лучшем случае 25 тысяч рублей. И пусть на небольшом периферийном ипподроме с призовыми ещё хуже, чем в Москве, но зато не нужно тратить дополнительные деньги.
В Европе, в частности, во Франции гостевые ипподромы существуют. Но условия во Франции и России не имеют ничего общего. Для начала нужно посмотреть на карту, сопоставить величину Франции и нашей страны. Но имеют громадные отличия не только расстояния, но и качество дорог.
Вы можете представить, каково лошади находиться в перевозке во время движения по городу, с резкими остановками на светофоре и крутыми поворотами? Примерно так же чувствует себя пассажир в микроавтобусе стоя. Гораздо легче и комфортабельнее для лошадей перемещаться на 500 по автобану во Франции или Германии, чем толкаться примерно такое же время по московским пробкам, преодолевая сотню км из ближайшего Подмосковья.
Чтобы в Москве мог нормально функционировать гостевой ипподром, надо не только решить проблему пробок в этом мегаполисе (в конце концов можно и ночью ввозить лошадей), но и построить места для тренировки лошадей в ближайшем Подмосковье. На ЦМИ до его закрытия стояло около 600 рысаков (в СССР их количество составляло более тысячи, но и беговых дней было 3, а не 2). Количество лошадей берётся не с неба, простая арифметика. Для привлечения достаточного количества зрителей и любителей тотализатора (без этого ипподром вылетит в трубу), необходимо в беговой день проводить 15-20 заездов, в каждом из которых принимает участие не менее 8 лошадей (желательно – 10-12). Чтобы «закрыть» беговой день требуется не менее 120-150 лошадей. Выступать лошади без ущерба для своего здоровья могут не чаще раза в две недели, а двухлетки – ещё реже. Да ещё лошади нередко получают травмы, болеют и пропускают выступления. То есть в каждом беговом дне участие могут принять не более 20 % от всех имеющихся на ипподроме лошадей. 600 лошадей для двух беговых дней в неделю – это минимальное количество. Надо отметить, что на ЦМИ в последние годы не редкость были «несостоявшиеся» заезды, когда лошадей записывалось недостаточное количество.
Теперь лошади, которые раньше тренировались на ЦМИ, должны размещаться в трендепо, причем недалеко от Москвы (в противном случае им гораздо удобнее будет добираться на ближайшие ипподромы для участия в квалификационных и рядовых заездах).
Для тренировки рысаков нужны не только конюшни и левады, но и беговой круг. И круг должен быть всесезонным (беговой сезон на ЦМИ был весь год, следовательно и лошади должны тренироваться весь год). Нужно купить несколько гектаров земли (а она в Московской и ближайших областях не дешевая), вложить большие деньги в строительство инфраструктуры. И таких трендепо надо построить в течение 1-2 лет десятки. В каждое вложить надо десятки и сотни миллионов рублей. Вопрос: за чей счёт?
У нас есть несколько богатых коневладельцев, которые имеют возможность построить такое трендепо. Но они хорошо считают деньги. Им гораздо дешевле построить отдельную конюшню для своих лошадей на каком-то региональном ипподроме и каждую неделю летать туда на самолёте. Для большинства коневладельцев ни строить подмосковные трендепо, ни даже содержать там рысаков с их регулярным участием в бегах на ЦМИ в качестве гастролеров невозможно по финансовым соображениям. Разумеется, если бы администрация ЦМИ взяла на себя все расходы, связанные с транспортировкой лошадей, это бы решило проблему. Но только это обойдётся в очень крупную сумму дополнительных затрат, выше тех размеров призовых, которые выплачивались на бегах.
В любом случае, чтобы построить эти трендепо, их строительство нужно начинать сейчас. Но их никто строить и не собирается.
Такое впечатление, что «реконструкторы» ЦМИ надеются, что лошади для заполнения программы беговых дней на ЦМИ появятся ниоткуда. Вот объявят ЦМИ открытым, и тогда туда на каждое мероприятие несколько раз в неделю будут привозить полторы сотни возникших прямо из воздуха рысаков, тренировавшихся на волшебным образом созданных за несколько дней до этого трендепо. Но это впечатление – обманчиво. «Реконструкторы» - не идиоты, как пытаются притворяться. ЦМИ в качестве гостевого ипподрома работать не сможет, регулярно бега на нём проводиться не будут. Как ипподром он будет быстро деградировать. Количество беговых дней будет уменьшаться до 3-5 в сезон. Неминуемо встанет вопрос, а зачем вообще проводить на нём бега, если желающих участвовать нет? К этому времени и конезаводы в Центральной России переориентируются на разведении более прибыльных животных, чем рысаки. ЦМИ превратится в обычный конноспортивный комплекс, как это произошло уже с другими ипподромами в нашей стране (названия ипподромов у них остались, только ни бега, ни скачки уже много лет не проводятся).
Превращение ЦМИ в гостевой ипподром – только этап его полного уничтожения в качестве ипподрома. Это – преступление, за которые должны ответить его исполнители.