Михаил Казинник, говоря о нравственных и человеческих ценностях, упомянул вдруг, что сказка Пушкина на самом деле о настоящей и безусловной любви.
Каждое время и каждый человек ищет в любом тексте то, что ему важно. И находит, однозначно, исключительно свои смыслы.
Но говорить, что именно это имел ввиду Пушкин - это натягивать сову на глобус. Пушкин просто писал.
Моя знакомая, известная питерская поэтесса Анна Островская, постоянно отмахивается от того, что читатели видят в её стихах свои собственные смыслы. Делать это она уже, признаться, устала. Но читателя это вряд ли остановит.
После того, как рассказ "Свеча горела" Майка Гелприна включили в школьную программу, а от детей потребовали развернутый аналитический обзор текста, стройными рядами они потянулись к автору, задавая один и тот же вопрос: "А что вы, автор, имели ввиду, когда писали этот рассказ".
Майк пару лет назад разродился в сети гневным постом о том, что на самом деле ничего он ввиду не имел. А просто творил. Как творит любой автор. Под воздействием ситуации, времени, захватившей его идеи или фантазии.
Но наша школьная программа требует придумать, иногда за автора, какую генеральную линию какой партии, какой лозунг, какую идею, он воплотил в реальность. Из этого, порой, растет и вся литературная критика, которая щедро обсасывает цитаты, низводя их до пошловатых обыденных смыслов, или наделяя их гиперфункциональной значимостью и строя на их основе теории заговора.