Когда составляются рейтинги самых великих разведчиков, мы понимаем что они довольно условные. Поскольку не все имена рассекречены. К тому же, критерии оценок довольно субъективны. Как в вопросе глубины внедрения в различные структуры противника, так и при оценке значимости переданной в Центр информации.
Все истории о великих разведчиках полны загадок, неясностей, недоговорённостей. Мне, например, до сих пор непонятно: почему один из самых лучших разведчиков (по оценке самой СВР) Дмитрий Быстролётов так и не получил ни одной правительственной или хотя бы ведомственной награды? Об этом уже писал раньше:
Нередко о подвигах героев невидимого фронта мы узнаем от летописцев советской разведки, в том числе военной, у которой сегодня праздничный день. Между тем, авторы, нередко из бывших сотрудников (как с нашей стороны, так и со стороны противника), допускают в своих описаниях неточности либо умышленно искажают информацию, пускают по ложному следу, о чем писал уже в своей вчерашней статье:
Сегодня расскажу о разведчике, которого, по мнению сотрудников "Моссад", вообще не было. Но человек такой был. И работал он в Израиле под именем Исраэля Беера.
Его настоящее имя неизвестно, и вряд ли (во всяком случае, мое поколение) его узнает.
Довоенную биографию Исраэля Беера (до его прибытия в Израиль) тоже пересказывать не буду, поскольку она известна лишь с его слов, а сотрудники Моссад в ходе проверки пришли к выводу, что все это - легенда.
Достоверно известно лишь одно - на еврейском кладбище в Вене похоронен умерший в 1938 году от туберкулеза бедный студент с именем "Исраэль Беер". И в том же году под этим именем в Палестину прибыл молодой человек, вступил в отряд самообороны, дорос до полковника, стал заместителем начальника оперативного отдела Генерального штаба армии Израиля, военным советником премьер-министра Давида Бен-Гуриона, заместителем начальника израильской разведки «Аман» (военная разведка ЦАХАЛ), а по партийной линии - начальником службы безопасности партии «МАПАМ» (1).
Занимая длительное время ключевые позиции в военно-разведывательных и партийно-политических органах Израиля, он знал практически все секретные планы руководства страны. Тем более, что был другом Бен-Гуриона и Шимона Переса.
Выйдя на пенсию, Исраэль Беер продолжал пользоваться непререкаемым авторитетом, руководил написанием официальной истории ЦАХАЛ, участвовал в переговорах с делегациями НАТО и т.п.
Арест Исраэля Беера в 1961 году произвел эффект разорвавшейся бомбы. Газеты Израиля сообщили об этом громкими заголовками на первых полосах. Для Бен-Гуриона это был страшный удар и конец политической карьеры.
Медицинский осмотр Беера показал, что ему не проводилось традиционное для евреев обрезание.
Руководил арестом и лично допрашивал задержанного сам основатель Моссада Иссер Харель (Израиль Натанович Гальперин, уроженец Витебска).
По некоторым данным, Беер признал, что работал на советскую разведку, но делал это из «патриотических чувств». Вынужден был признать, поскольку была зафиксирована его встреча с представителем советской разведки. А в ходе обыске найден портфель, в котором был секретный список израильских заводов, производивших военную продукцию и выдержки из дневника Бен-Гуриона.
В закрытом судебном заседании Исраэль Беер признал контакты с работниками советского посольства, но заявил, что делал это из идеологических соображений, поскольку был убежден, что Израиль должен сближаться с СССР. Его приговорили к 10 годам лишения свободы, апелляционная инстанция увеличила срок до 15 лет.
Исраэль Беер умер в тюрьме Шатта в 1968 году. Официально - от инфаркта. Находясь в заключении, он написал книгу «Безопасность Израиля: вчера, сегодня и завтра», в которой обосновал ошибочность односторонней ориентации Израиля на Запад.
Спецслужбы СССР и России по этому поводу хранили и продолжают хранить молчание. Британский писатель Бернард Хаттон, который, по некоторым данным, сотрудничал с советскими разведорганами, предположил, что Исраэля Беера знали в СССР под псевдонимом товарищ Курт и что они жили в одном в общежитии Коммунистического интернационала. Но это лишь предположение.
В заключение приведу слова разведчика, работавшего под именем И. Беера, к которым стоит прислушаться:
- Рано или поздно в мире останется только одна сверхдержава — СССР. И потому нам куда важнее поддерживать нормальные отношения с русскими, чем с Западом...
(1) В 1954 году И. Беер вышел из состава просоветской Объединенной рабочей партии (МАПАМ) и вступил в возглавляемую Бен-Гурионом Партию Земли Израильской (МАПАЙ).