Зимой 1979 года во время очередной совместной охоты генерального секретаря ЦК Социалистической партии Германии Эриха Хонеккера и генсека ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева в охотохозяйстве министерства обороны СССР в «Завидово», охотники заметили с противоположной стороны лесной поляны незнакомые следы, Эрих тут же вытащил из своего кофра бинокль немецкой марки Carl Zeiss Jena 10x50, приложил к лицу и через пару секунд воскликнул с характерным акцентом: «Русак!» Опытный охотник по-хитрому, запутанному следу сразу же определил автора снежных отпечатков, Леонид Ильич тоже достал свой Б 8х30 и долго крутя то левый, то правый окуляр тщетно пытался поймать резкое изображение. Хоннекер, почувствовав заминку и возможное похолодание дружеских отношений между ГДР и Советским союзом, подошёл к Леониду Ильичу и протянул ему свой прибор, услужливо произнеся «Битте», тот с интересом разглядывал бинокль несколько минут, подносил к глазам и смотрел по сторонам, затем подозвал к себе министра оборонной промышленности, продемонстрировав ему удобство центральной фокусировки и качество изображения, а затем добавил» «Дорогой, Павел Васильевич, а чем мы хуже немцев? Разве тоже так не можем?»
Уже на следующий день Финогенов П. В. срочно вызвал к себе в министерство директора Загорского оптико-механического завода Константина Чеко и рассказал ему в деталях о просьбе Леонида Ильича, поставив задачу запустить в производство бинокль большого увеличения с центральной фокусировкой, который по своим характеристика не уступал бы известным моделям от немецкого производителя Carl Zeiss. Конструкторский отдел Загорского завода в сжатые сроки успешно справился со сложной задачей и уже к XXVI съезду ЦК КПСС подготовил новую модель десятикратного бинокля с центральной фокусировкой и улучшенными оптическими характеристиками.
Готовую предсерийную модель, планировавшуюся к запуску в производство на новом оптическом заводе в г. Салавате БССР, министр оборонной промышленности успел представить генеральному секретарю на одном из последних его выездов в Завидово, к тому времени Брежнев чувствовал себя уже не так хорошо и не мог держать в руках любимое ружьё, но давняя страсть не отпускала его и он, удобно расположившись на смотровой вышке, смотрел за тем, как охотятся его коллеги. Увидев бинокль, он сказал: «О, как раз кстати» и взяв в руки долго смотрел в него, лицо его в этот момент озарилось восхищением, затем отложил в сторону и произнёс: «Отличный прибор, не хуже, чем у немцев, назовите его Беркут – это очень быстрый и зоркий охотник, от него никто не убежит» и помолчав немного добавил: «Теперь я могу спокойно уходить. Пока у нас в стране работают такие специалисты, никто не посмеет нам угрожать.»
