По большому счету островами невезения можно считать все Курильские острова, потому что жить на них (имеется в виду обыденное существование) – то еще испытание. И самый главный недостаток островной жизни – это ее изолированность и удаленность… Где меньше… где больше… Кстати, Сахалин и Камчатка тоже вполне попадают под некомфортные удаленные от бытовых благ места.
Один мой знакомый бывший глава администрации Усть-Большерецкого района так и не домечтался до открытия в поселке кабинета стоматолога. А порой поселковый фельдшер в каком-нибудь поселении получает несколько ставок в поликлинике, а лечить больных может только аспирином и йодом.
Конечно, кажется, что обитаемые Курильские острова (особенно на юге) находятся относительно недалеко от Сахалина. Но постоянные шторма и туманы порой месяцами заставляют сидеть жителей Итурупа, Шикотана и Кунашира в ожидании открытия неба. И пассажирское судно тоже не всегда может зайти в островные портопункты из-за непогоды.
Казалось бы, в конце октября случился свет в окошке у жителей поселка Северо-Курильск, что находится на острове Парамушир. Сюда запустили пассажирский авиарейс из Петропавловска-Камчатского (до этого момента в поселок летал вертолет). Но опять же – гарантий, что здесь будет всегда летная погода, никаких нет. А радости у сельчан случилось сразу две – еще и первую в Северо-Курильске АЗС запустили в эксплуатацию.
Между тем, огненные природные силы никак не оставляют в покое наш славный полуостров, и с первых чисел ноября разверзлись опять недра огненные в связи с извержением самого большого вулкана Евразии Ключевской сопки. И все на вулкане случилось так серьезно, что облако пепла взметнулось до 11 000 метров вверх да еще и выпало пеплопадом да дорогу и поселок Ключи, а селем размыло трассу. Так что возле вулкана творится настоящая жуть и огненнолавовое горение почвы.
Но, конечно, не только страхом перед стихией жива Камчатка. В аккурат в начале ноября приплыли к нам в бухту, прямо в центр города два сивуча, которые уплывали на лето по каким-то своим сивучиным делам. Таким образом, можно считать, что эти страшненькие грязно-коричневые жители прибрежных вод все еще считают скользкий глинистый берег бухты подходящим для своей зимовки, и рыбы в бухте, видимо, им хватает для сытой жизни.
Ну и народ, конечно, потянулся поглазеть на морские чудища, живущие прямо в центре города.
Но, конечно, если появление сивучей в городе никаких негативных эмоций не вызывает, то выход очередного медведя в Вилючинск, как-то немного напрягает и пугает камчатского обывателя.
И еще хотелось бы осветить некоторое явление, которое неожиданно проявилось в нашей камчатской жизни. Дело в том, что одним из преимуществом жизни на Камчатке было то, что несмотря ни на какие катаклизмы и перемены общественного строя свежая рыба на городских рынках не исчезало никогда (ее в 90-е годы даже раздавали бесплатно). Летом – это был лосось, а зимой – белорыбица.
А вот в этом году мало того, что все лето мы в основном ходили облизывались вокруг рыночных прилавков, потому что цена на рыбу была запредельная, так еще и в конце октября свежая рыба из продажи пропала вовсе.
Даже прилавки, торгующие свежей рыбой на рыбном рынке позакрывались… Торговцы жмут плечами… а администрация вещает в СМИ, что где-то в каких-то закромах рыбой торгуют даже по какой-то социальной цене.
Даже колхоз Ленина, который всегда снабжал свежей рыбой горожан, и тот почему-то застопорил торговлю (правда, недавно начал). Что-то какие-то возникли тревожные симптомы по этому поводу.
Иван ТРОФИМОВ.
Фото из архива автора.