«Худшее из зол» — неуклюжая дорама. У неё не получилось ни выдержать атмосферу, ни раскрыть сюжет, ни погрузить в контекст, ни, в конце концов, повеселить. Неясно, что именно на это повлияло: неопытность режиссёра, вмешательство актёра в производство, или всё вместе.
Завязка на этот раз неоригинальная: коп внедряется в бандитскую группировку, чтобы накопать компромата и всех поймать с поличным. Главарь Чон Гичхоль (Ви Хаджун), подмявший под себя весь Каннам, только-только потерял своего друга в одной из потасовок, и Пак Джунмо (Чжи Чанук) под поддельным именем Сынхо врывается в их коллектив, представляется двоюродным братом покойного и начинает требовать возмездия.
Время
Режиссёр Хан Донук «переносит» место действия в девяностые. Только какие-то не корейские, а постсоветские. Банды, братки, наркотики, старые знакомые и дело чести — кажется, что мы уже видели такое. В голове частенько проскакивает мысль, не пересмотрели ли создатели «Бригаду» — уж больно схожий тут выстроен концепт.
К слову, от того времени в сериале лишь титр в первой серии, телефоны-раскладушки и старенькие авто, на которых герои катают по подозрительно современному Сеулу с красивыми отелями и ухоженными улочками. Видно, с каким трудом продюсеры и худпосты искали более-менее подходящие подворотни для съёмок, но когда в кадре то и дело мелькают декорации дорогих гостиничных номеров, в ретро уже не верится.
90е, действительно, будто бы взяты с потолка, ведь от того времени в дораме ничего нет. Ни одного исторического события. Для понимания: в 1990 южнокорейский президент активно сотрудничал с Америкой и намеревался либерализовать экономику под западный стандарт. До кризиса 1997-1998 годов происходило агрессивное сплочение Южной Кореи и США практически во всех аспектах (это поэтому в дорамах 00х-10х герои так любят чуть что — сваливать в штаты). В дораме об этом ни слова, а герои продолжают вести бизнес только с Японией и Китаем, игнорируя остальных. Сюжет крутится только вокруг банды и полиции, и больше автора, кажется, ничего не интересует.
Герои
В «Худшем из зол» более-менее проработаны только два главных героя. Остальные идут фоном и не влияют на сюжет. Они все будто обособлены друг от друга. Если убрать из истории жену полицейского (в которую влюблён бандит), ничего не изменится, хотя она — третий по значимости персонаж. Без буйного полицейского из другого отдела тоже история не забуксует. Эпизодических героев можно даже не упоминать — что они есть, что их нет.
Каннамская группировка — не воспевание бандитизма как благородного занятия, которое обеспечит тебе крышу, семью и безбедное существование. У каждого прихвостня в глазах горит желание нажиться и подвинуть кого-то, чтобы встать повыше. В это верится, особенно, если вспомнить, как были устроены российские ОПГ. Даже подобие на смуту сделали, вот только ответ главаря в духе «не так уж страшно, когда целая толпа кидает в тебя камни; действительно страшно — это когда ты кого-то знаешь из этой толпы» ничего не изменил.
Оба главных героя худо-бедно трансформируются по западным канонам. Бандит раскисает, а хлюпик-полицейский мужается. Получилась рокировка. Но на эмоциональном уровне они — два подростка, которые нашли пацанский цитатник и стали жить по его предписаниям. Химии между ними нет, просто в какой-то момент бандит решает всецело доверять новенькому и сделать своим приближённым, игнорируя подозрения собратьев, с которыми он работал много лет. Ибо, как у пацанов принято «слушай всех, прислушивайся к немногим, решай сам».
Художественные приёмы
В дораме много элементов, которые на аудиовизуальном уровне должны усилить восприятие от истории. Это и цветовые решения, и звук, и ракурсы, и игра с планами. Всё это здесь есть, только не работает как надо, потому что не следует за сюжетом постоянно, а включается и выключается произвольно.
Цвет чаще всего передаётся через освещение и одежду. Например, в «Еве» по одежде персонажей можно определить, кто в сцене будет ведущим, а кто — ведомым. А «Незнакомцах из ада» дневной и ночной свет позволяет отследить метаморфозы главного героя. Это видно благодаря длительному акценту.
В «Худшем из зол» нет такого постоянства. Как и понимания, что к чему. Многие кадры подсвечены неоновыми огнями, просто потому что «так красиво».
Смысловую нагрузку это не несёт. Например, сцена, в которой Гичхоль и Сынхо сидят за столом в кабинете и говорят о своём, о бандитском. Первый подсвечен неоном из прорезей на окнах, второй сидит в тёплом свете настольной лампы. Контрастное освещение должно было рассказать то, что герои умалчивают друг от друга. Но ничего этого нет. Сцена без цели. «Просто красиво».
Или пример с одеждой. В одной из сцен полицейский сидит на диване в бандитском штабе, одетый в цвет мебели, будто бы обжившись в том месте настолько, что начал с ним сливаться. Казалось бы, отличный ход, подходящая метафора. Только через секунду герой уже переодет в классический костюм и продолжает своё расследование, перечеркнув предыдущий кадр, как будто бы в нём не было смысла, и это тоже было сделано ради секундного «ой, как классно снято».
Звук тоже, как художественный приём, появляется пару раз за всю дораму. Самый запоминающийся фрагмент — телефонный звон в отеле, когда полицейский пытается и дело продвинуть, и жене не изменить. И этот непрекращающийся вызов, как звоночек для зрителя, что что-то с Джунмо происходит: как раньше, не будет, пора притормозить. Но потом герой продолжает вести себя, как обычно. И зачем это было нужно?
И вот ещё, ракурсы. В кульминационной сцене, когда зритель видит, как изменился полицейский в банде, есть момент, где две пары стоят друг напротив друга, а между ними стена (буквально из разных комнат смотрят друг на друга). Ракурс взят так, будто герои стоят в одной комнате, но по центру их ограждает невидимый барьер. Типа, вот она, пропасть между героями. Но то, как они поставлены друг с другом, не вяжется с тем, что эта сцена могла бы дать для прояснения ситуации. И это смотрится, опять же, просто интересным кадром.
Вот такие элементы периодически появляются в дораме, но самое забавное, что делают они это не хаотично, а по логике: «так, ну цвет уже у нас был, теперь давай ракурс интересный добавим. А потом можно что-нибудь со звуком. На эту серию достаточно, а следующую мы начнём с освещения». То есть, детали расставлены так, чтоб не повторяться часто, притом смысловой нагрузки они не несут. И как это понимать???
И всё же, есть одна условность, которая проносится здесь лейтмотивом. Из-за цикличности она становится ключевой мыслью. Хан Донук не говорит напрямую, что такое худшее из зол. Но это транслируют его персонажи. Причём, все. По лучшим пацанским заветам каждый значимый герой либо подставляет кого-то и потом пытается вернуть доверие к себе, либо сам оказывается преданным и пол сезона думает, кто ему друг, а кто — враг. Но пацаны на то пацаны, что просто так не прощают, потому что «если предали один раз, это только первый; если предали ещё — это уже второй», «лучше верность без слов, чем измена с клятвой» и так далее.
Дорама о том, что к людям нет доверия? Или что предательство — это худшее из зол? Интересно-интересно...
Производственный контекст
Хан Донук за всю карьеру снял всего две работы — фильм «Когда мужчина любит женщину» и эту дораму. И по «Худшему злу» видно, что её делал не профи, а подмастерье, который нахватался фишек у режиссёров, с которыми когда-то работал на площадке, и решил, что может повторить. Другой причины, почему кинематографические приёмы в кадре есть, но расставлены не там, где надо и потому не работают, просто нет.
В добавок, из интервью режиссёра можно узнать, что Чжи Чанук (актёр на главной роли) имел огромное влияние на площадке при создании сериала.
Хан Донук рассказывал: «Благодаря Чжи Чануку эта работа была сверх простой для меня. Можно с уверенностью говорить о том, что он участвовал в написании сценария и режиссировал его».
То есть, да, режиссёр доверил свою работу человеку из чужой (соседней, но не взаимозаменяемой) отрасли и решил, что это будет хорошей идеей. Надо ли говорить, что это не так?
По итогу, «Худшее из зол» при всей своей серьёзности и пафосности вызывает лишь снисходительную улыбку. Смотреть дораму — это как смотреть клип школьников, которые решили, что уже достаточно взрослые и крутые. Такой вот он, этап взросления.