В конце октября состоялось заседание Общественного совета при Росрыболовстве, на котором обсуждалась крайне важная тема. Речь шла об инициативе Минпромторга России и Центра развития перспективных технологий (ЦРПТ), выступающего в роли оператора системы «Честный знак», по нанесению штрих-маркировки на упаковку с икрой лососевых и осетровых.
По мнению чиновников, для минимизации рисков появления на рынке контрафактной продукции требуется маркировать банки с этой самой продукцией. Тогда-то якобы и будет наведен порядок. Аналогичную позицию высказал и депутат Государственной думы РФ (экс-сенатор Совета федерации) Сергей Лисовский.
Более того, был проведен эксперимент, в котором на Дальнем Востоке участвовало всего пять компаний из Камчатского и Хабаровского краев, а также Сахалинской области.
Однако, по мнению участников рынка, тестирование ничего не показало. Хотя бы потому, что проводилось уже по завершении лососевой путины, когда заводы прекратили работы, а вся продукция была вывезена. Что там можно было вообще маркировать? Но главное заключается в другом. Вот как комментирует ситуацию президент Ассоциации предприятий рыбной отрасли Хабаровского края Сергей Рябченко:
- Во-первых, нам непонятно, зачем вообще городить огород с этой штрих-маркировкой? Для того, чтобы браконьерская продукция не попадала на рынок есть ФГИС «Меркурий», этого вполне достаточно.
Во-вторых, никто не учитывает, что рыбаки работают сезонно, причем, либо в труднодоступных местах, либо непосредственно на судах. А это также создаст дополнительные трудности при маркировке.
В-третьих, авторы идеи, на мой взгляд, сознательно запутывают всю эту историю, поскольку предлагают маркировать потребительскую упаковку, а на деле есть вероятность того, что будут маркироваться куботейнеры, то есть, транспортная тара. Ведь производители, как правило, имеют дело именно с куботейнерами, редко кто расфасовывает икру на своих заводах непосредственно по банкам.
В-четвертых, введение дополнительных новаций ни к чему не приведет. Ну хорошо, производитель нанес маркировку на куботейнер. А дальше икра идет на другой завод, где её будут расфасовывать по банкам. И что там добавят в эти банки (красители, усилители вкуса или вообще браконьерскую икру) никто знать не будет. Так какая тут может быть борьба с контрафактом и контроль качества?
Наконец, в-пятых, дополнительные расходы, связанные с маркировкой, приведут только к удорожанию продукции. Соответственно, за очередные новации Минпромторга заплатит конечный потребитель. То есть, мы с вами из своего кармана. И добро бы эти деньги пошли в бюджет государства, на пенсии или зарплаты бюджетникам. Так нет, их получит частный бизнес, которому достанется рынок по маркировке продукции. Кроме того, нетрудно догадаться – вначале будут маркировать упаковки с икрой, а потом – все консервы без исключения. И кто-то получит колоссальные доходы за счет населения России.
Между прочим, с позицией Сергея Рябченко согласны практически все руководители отраслевых объединений ДФО. Например, президент Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья Георгий Мартынов выразил недоумение, почему бороться с браконьерством за деньги рыбаков, а не усилиями рыбоохраны, пограничников и других правоохранительных органов. А президент Ассоциации рыбопромышленных предприятий Сахалинской области Максим Козлов, отметив крайне низкий интерес участников рынка к эксперименту, предложит продлить тестовый режим до 31 марта 2025 года, в чем его и поддержало большинство членов Общественного совета при Росрыболовстве.
Ну и последнее. Один из лоббистов «маркировочного» проекта, депутат ГД РФ Сергей Лисовский ранее, будучи сенатором Совета федерации, выступал категорически против маркировки. И резонно озвучивал в СМИ своё мнение – это приведет только к удорожанию продукции. И за этот период ничего не изменилось. А цены на рыбную продукцию, в том числе икру, постоянно растут, по другим объективным причинам.
Александр Матвеев.