Всю свою жизнь Николай Бартрам посвятил куклам. Изучал, собирал, делал сам, создавал музеи и коллекции. В голодном 1918 году в Москве открыл Государственный музей игрушки и спас народный промысел от забвения.
А «местом силы» для Николая Дмитриевича всегда была родная Семёновка в Льговском уезде. Здесь он не просто родился и вырос, но и открыл знаменитую школу.
Основатель советской игрушки
Мастерить игрушки Николай начал сызмальства – отец научил. Мог бы так и остаться местным мастером свистулек и колокольчиков, но уехал, выучился и вернулся. В 1893 году в Семёновке по инициативе Николая Дмитриевича была создана учебная мастерская игрушечно-столярного дела. Игрушки быстро стали знамениты, а Семёновку ставили вровень с Абрамцево и Талашкино.
Программу обучения столяров и игрушечников Николай составил сам. Первые образцы – выпиленные силуэты сказочных персонажей. Потом перешли к трёхмерной игрушке. Изделия раскрашивали и сопровождали текстом. Так появился новый тип игрушки – «игрушка-рассказ», вариант домашнего кукольного театра. Бертрам придумал делать выкройки игрушек на плотном картоне с прорезями – то, что и сейчас популярно. Он придумал игрушки в виде архитектурных достопримечательностей. Улыбающиеся кремлёвские башни – это тоже от него. А ещё он хранил и оберегал традиции народной игрушки.
После революции Николай Дмитриевич отписал свой дом местной власти с условием, что в нём будет школа. Живя в Москве, он был чрезвычайно деятелен, несмотря на прогрессирующий туберкулёз.
«Бартрам – основатель советской промышленной игрушки, – говорит искусствовед Ирина Мальцева. – Без него это бы оставалось уделом кустарей. Будучи председателем комиссии по обмундированию Красной армии, он настоял на форме, напоминающей былинных богатырей, – шинель до пят и шапка, впоследствии названная будённовкой. И с его руки Сергиев Посад стал столицей русской игрушки».
«Надо поторопиться собрать старые и народные игрушки, пока ещё не всё уничтожено и не всё разошлось в виде сувениров и не затерялось в мусоре городов», – писал Николай Бартрам.
Он собирал игрушки тысячами. Судьба отмерила ему 58 лет жизни. Умер Николай Александрович в 1931 году и был похоронен на Новодевичьем кладбище.
Статус не позволяет
А в Семёновке так и работала школа, как завещал великий мастер. С 1918 и по нынешний учебный год. Учебное заведение хирело вместе с деревней. В этом году здесь не было ни одного выпускника и всего четыре школьника. Закрыли. Детей перевели в соседнюю школу, куда их возит автобус. Всё понятно и объяснимо – школа малокомплектная, старая, содержать бессмысленно.
К 150-летию Николая Бартрама нынешней осенью на здание повесили мемориальную доску. Инициаторами стали «Единая Россия» и местная власть. Доску открывали торжественно, с митингом и речами в пустом доме, где гуляет ветер.
Конечно же, немногочисленные местные жители ратуют за сохранение памяти великого земляка и просят о сохранении здания. Идя навстречу пожеланиям, Ансамбль усадьбы помещика Бартрама включили в список вновь выявленных объектов культурного наследия. Вроде и можно бы успокоиться – государство взяло дом под охрану. Но нет.
«Данный статус не позволяет проводить работы по поддержанию объекта в надлежащем техническом состоянии из-за отсутствия предмета охраны объекта культурного наследия, разработка которого не предусматривается для данной категории объектов историко-культурного значения», – прокомментировали в региональном комитете по охране объектов культурного наследия.
За этой казуистикой отчётливо просматривается вывод – здание не нужно никому, Николай Бартрам не стал для курян «гением места», достойным памяти потомков. Или, наоборот, мы не стали достойными его памяти.