Что такое человекообразные обезьяны? Это не те забавные создания, которых ты видишь в зоопарке. Это наши дальние родственники! Возьми, например, гомининов. Это подсемейство, включающее нас, людей, и наших ближайших родственников - шимпанзе. Да, ты правильно понял, мы все - одна большая семья.
Как наши предки стали людьми? Это история о поисках и открытиях, о древних людях, которые жили тысячи лет назад.
Представь себе, как в 1891 году на Яве был найден часть черепа древнего человека. Его черты лица были не человеческими, но мозг был значительно больше, чем у любой обезьяны. Это был так называемый "яванский человек", а его настоящее имя - Homo erectus, или человек прямоходящий.
Но не все было так просто. На следующий год была найдена бедренная кость, которая выглядела на удивление современной. Многие ученые до сих пор спорят, принадлежала ли она яванскому человеку или это была кость современного человека.
Ты когда-нибудь задумывался, как сложно вычислить, кто твои пра-пра-прадедушки и пра-пра-прабабушки? Именно так, ученые-антропологи пытаются распутать клубок истории человечества, исследуя кости наших предков.
Кости – это наша единственная нить, связывающая нас с прошлым. Но здесь важно помнить, что они – далеко не вся история. Ведь на планете жило миллиарды людей и человекообразных, и все они вносили свою лепту в генетический коктейль, который мы называем человечеством.
Но как же сложно понять, что к чему, когда кости находятся случайно, и когда у тебя есть только пять тысяч образцов, которые можно поместить в кузове пикапа. Ты представляешь, что вся наша история, которую мы знаем, основывается на таком малом количестве образцов.
Иногда кажется, что ученые играют в научный детектив. Они пытаются восстановить историю видов, основываясь на обломках костей. Они ищут связи между древними видами, пытаются понять, кто из них привел к нам, а кто оказался в тупике эволюции. И все это – на основе костей, которые можно поместить в кузове пикапа.
Представь: декабрь, 2021 год, ты - археолог, исследуешь древние гробницы в глубинах Месопотамии. Наконец, ты находишь то, что искал: кости древнего гоминида, исчезнувшего вид человека. Ты счастлив, ты взволнован. Но тут ты замечаешь что-то странное. Этот гоминид... Он не похож на все остальные. Неужели это новый вид?
Ты возвращаешься в лабораторию, исследуешь кости, изучаешь их каждый миллиметр. И вдруг понимаешь: это действительно новый вид! Ты прыгаешь от радости, звонишь коллегам, приглашаешь их подтвердить твою находку. Все согласны: это новый вид гоминида.
Теперь тебе нужно придумать ему имя. Ты решаешь назвать его Homo fantasticus, в честь своего восторга от находки. Отправляешь статью в научный журнал, она проходит рецензирование, твоя находка официально подтверждается. Ты - звезда научного мира, твое имя заносится в историю антропологии.
Но тут ты начинаешь задумываться. Какой смысл во всех этих названиях? Ведь в итоге все мы - Homo sapiens, самые умные существа на планете. Фактически, все эти древние гоминиды - наши дальние родственники. Может быть, вместо того чтобы придумывать все новые и новые названия, мы должны сосредоточиться на изучении их жизни, их истории?
В конце концов, не важно, как мы называем этих древних гоминидов. Важно то, что они доказывают: мы - часть большой и сложной сети жизни на Земле. Мы - продукт миллионов лет эволюции, мы - наследники всех этих древних видов.
К 1950-м годам было более сотни названий для различных видов гоминидов. Уже представляешь себе археологов, затерянных в лабиринте терминов, пытающихся привести в порядок десятки названий, от Homo soloensis до Homo erectus.
Решение пришло в 1960-м году, когда ученый по имени Ф. Кларк Хоуэлл предложил упростить все до двух родов - Australopithecus и Homo. Этот упорядоченный мир не продержался долго.
В 1960-е годы нас снова накрыла волна открытий. Появился Homo habilis, считающийся недостающим звеном между обезьянами и людьми, а затем последовали десятки других. Сегодня в литературе признается около 20 разновидностей гоминидов. Но даже в научном сообществе нет единого мнения о том, как эти разновидности выделить.
И вот парадокс: все эти проблемы возникли из-за нехватки фактов. Мы знаем о нашей предыстории только по останкам, часто очень неполных, около пяти тысяч индивидуумов. Это как пытаться воссоздать историю целого города, имея только несколько обломков кирпичей.
Несмотря на все эти трудности, палеоантропология продолжает открывать новые страницы в книге нашего прошлого, помогая нам лучше понять, откуда мы пришли.