"Каждый пишет, как он слышит"
Пару месяцев назад на дзеновском канале "Лучик" было обсуждение феномена "полклопа". Нет, он, феномен, не имеет отношения к насекомым, просто очень многие именно так для себя транскрибировали "пуркуа па"/"pourquoi pas" из популярнейшей в свое время песенки в исполнении Боярского (к/ф "Д’Артаньян и три мушкетёра").
Комментаторы не подвели: выяснилось, что за редким исключением большинство действительно слышало нечто совершенно иное. Вариантов оказалось немало: "куклапа", "курк-ла-па" и т.д. Сам помню, как один наш товарищ тоже не поддавался на провокации и упорно твердил про "бур клопа", хоть тресни!
До кучи вспомнились и другие подобные примеры. Ну хотя бы заблуждения детей насчет пугачевского "лета-омлета". Или вот: жена моя в свое время не могла понять, что это за такая "скрипка-лиса" ("Скрип колеса, Лужи и грязь дорог…"). Причем она оказалась не в одиночестве - спасибо поддержавшим именно этот вариант прочтения сарухановских слов участникам обсуждения "лучиковского" материала.
Но все описанное выше меркнет перед нашей любимой "Шизгарой", в оригинале "She's got it". И ведь вся страна, точнее, вся тогдашняя молодежь, распевала хит от Шокинг Блю с припевом именно в данном варианте. Была, правда, и еще одна народная "локализованная" :)) версия припева "Venus" (это настоящее название песни) - "Венера, ты меня очаровала...".
Был и анекдот, так сказать, по теме о "добром слове и револьвере":
В салуне на Диком Западе.
- Эй, одноглазый, играй "Шизгару"!
- Во-первых, я не одноглазый, во-вторых, никакой "шизгары" не знаю.
Выстрел из кольта, тапер, зажав одной рукой глазницу, другой бодро молотит по клавишам, завывая в такт: "Шизгара, шизгара!"
Синий, синий Карлсон
Удивительные метаморфозы зарубежных хитов как на советской, так и постсоветской эстраде не раз дали возможность заработать на маслице к хлебу многочисленным пародистам. Однако еще больший масштаб был у разного рода их перепевок в "жанре" дворовой песни.
Особенно с учетом того, что пацаны с гитарами, как истинные патриоты, изучением иностранных языков особо не увлекались, даже профессиональные (в смысле, играющие на танцах в многочисленных ДК) музыканты, с коими я был знаком, в основном переписывали друг у друга транслитерацию популярных вещей, то есть английские тексты русскими буквами. Ну а я, соответственно, у них, а уже затем в парке на скамеечке потрясал воображение сверстников, особенно девчонок, безупречным :)) исполнением "Can’t Buy Me Love".
Впрочем, собственно тексты зарубежных шлягеров для нас были делом десятым, да в общем-то и не зря. Вроде бы я к тому времени достаточно неплохо читал и писал по-английски, но на слух не воспринимал большую часть слов (чем не "полклопа"?), особенно с учетом качества звука тогдашних магнитофонов да еще после сотой перезаписи с катушки на катушку. И вот, купив по случаю целый набор фотографий с "исходниками" этих самых шлягеров, был поражен, насколько многие из них примитивны, особенно в сравнении с тогда еще изредка выглядывающим из подполья советским роком.
Короче говоря, ну их, буржуинов с их текстами, у советских - собственная гордость: берем действительно классные мелодии и подбираем похожие по звучанию слова. И плевать, что по части смысла многие "самопалы" окажутся еще тупее, чем оригинал, а доморощенный "перевод" будет реально забавным.
В результате "One Way Ticket" (то бишь "Билет в один конец") в нашей интерпретации превращался в "Синий, синий иней", который "лёг на провода", а "Yellow River" - и вовсе в героя книжек и мультиков, наверняка ведь помните: "На крыше дом, ну, а в нём живёт он – Толстый Карлсон".
Однако оба эти примера больше по части эстрадной, вроде куда более поздних "Мальчик хочет в Тамбов" ("Bate forte o tambor" в оригинальной португальской песне) или "Ой, мама, шика дам" ("Oynama şıkıdım şıkıdım" в турецкой). В отношении дворовых исполнений крайне интересна судьба старинной песни "Шестнадцать тонн".
"Шестнадцать тонн - опасный груз"
Изначально появившаяся еще в 40-х "Sixteen Tons" повествовала о тяжелой судьбе американских горняков в период Великой депрессии. У нас она, на удивление, тоже обнажала, пусть и в совершенно ином ключе, звериный оскал американского империализма в целом и пентагоновской военщины в частности:
Сидели мы в баре в поздний час,
Когда от шефа пришел приказ:
"Летите, мальчики, на восток
Бомбить советский городок.
...
Прощай, чувиха, прощай, притон,
А в каждой бомбе шестнадцать тонн.
Шестнадцать тонн – опасный груз,
Но мы летим бомбить Союз.
Сразу замечу, что ничего у заокеанских вояк не вышло - попробовал бы неизвестный уличный творец в те годы сочинить нечто подобное. Даже тогдашние диссиденты, на кухнях под портвешок и контрабандное "Мальборо" обсуждавшие "Солженицына", почему-то не хотели, чтобы их бомбили янки, пусть и во имя Свободы и Демократии (это не сейчас из Лондона слюнями брызгать или в Тик-Токе паясничать). В общем, посбивали песенных агрессоров наши ребята к чертовой матери, не удалось им вернуться в уютный бар...
Существовала еще одна "посвященная" американским летчикам, известная любому пацану песенка - "Фантом" ("F-4 Phantom II" - американский боевой самолет). Имеется сравнительно современный ее вариант от "Чиж и Ко", но я приведу так, как запомнилось в начале 70-х:
Вновь бегу по проклятой земле.
Гермошлем захлопнут на ходу.
Мой "Фантом", как пуля быстрый,
В небе голубом и чистом
С ревом набирает высоту
Это уже не перепевка, а действительно родившееся где-то во дворах произведение, вызванное к жизни идущей как раз тогда войной во Вьетнаме.
Подробно на нем останавливаться не будем, замечу лишь, что сбитый в воздушном бою герой был стопроцентно уверен, что ссадил его на землю не вьетнамец, а русский ас. На что получил исчерпывающий ответ: "Это был наш летчик Ли Си Цин". Для тех, кто не в курсе: еще со времен Корейской войны начала 50-х годов в народе ходили байки и анекдоты, где звучали две ставшие уже нарицательными характерные фамилии принимавших в ней активное участие летчиков - Ли Си Цин (Лисицын) и Ван Ю Шин (Ванюшин).
Что ж, не будем отступать от несколько юморного настроя. Останемся...
...на веселой ноте
Кстати, откуда растут ноги у заголовка статьи? Итак, анекдот нам в помощь:
Выступает звездный камерный оркестр. В зале, заполненном исключительно меломанами "восьмидесятого левела", мертвая тишина.
И вдруг:
- Простите великодушно, это не Вы сейчас сказали: "Твою мать"?
- Как Вы могли такое подумать?!
- М-да, получается, музыкой навеяло...
А в завершение - крамольный для своего времени анекдот, однако укладывающийся в тему "нам песня жить и любить помогает", а также прославляющий человеческую смекалку:
Товарищ Брежнев прибывает с официальным визитом в Штаты, где в аэропорту его встречает громадная толпа, скандирующая: "Джон Леннон! Джон Леннон приехал к нам!"
Естественно, Леонид Ильич, разъясняет собравшимся их ошибку, разочарованные поклонники, побросав плакаты, расходятся.
То же самое повторяется во время движения кортежа по улицам Вашингтона.
Наконец, когда молодой еще генсек входит в свой вроде бы номер (ну, малость перепутал, бывает), там он застает шикарную блондинку в пеньюаре, которая бросается ему на шею с воплем: "Джон Леннон, теперь ты мой!".
- Мадам, - говорит Леонид Ильич, - налицо явная ошибка... А впрочем - где наша не пропадала! Гё-орл, пам-па-ра-па-пам-пам, гё-орл, пам-па...*
*Примечание: песня 1965 года "Girl" - детище лидера группы "The Beatles". Написана совместно с Полом Маккартни.