Ну что? «Вести» были, экзопланеты были, вернёмся к братьям Стругацким и книге «Обитаемый остров». Даже, скорее, на Саракш, потому что обсуждать, как написана книга, слог, стиль и т.д. – это к критикам. А нам интересны сами миры Саракша и Земли.
«— Это я уже знаю, — нетерпеливо прервал Мак. — Но вот, кстати, о зубном враче. То, что он неподкупен, за это я головой ручаюсь. Я не могу тебе это доказать, я это чувствую. Это очень смелый и хороший человек…»
Ничего не напоминает? А нам вот напомнило. Максим не может доказать, что зубной врач неподкупен, но у него есть такие ощущения. И всё. Любые доводы бесполезны. Сейчас не важно, прав Максим или нет, важно, что Сикорски действовал по тому же принципу. Он чувствовал, что Абалкин – автомат Странников, и поэтому убил его.
«— Хорошо. Это смелый и хороший выродок. Я видел его библиотеку. Это очень знающий человек. Он знает в тысячу раз больше, чем ты или ротмистр… Почему он против нас? Если наше дело правое, почему он не знает этого — образованный, культурный человек? Почему он на пороге смерти говорит нам в лицо, что он за народ и против нас?»
Во главе революций 1917 года стояли очень образованные люди, начитанные и много знающие. И боролись они против других начитанных и образованных. Доктор Менгле был очень образованным человеком, но…
Вообще, что-то не то с землянами. «Смелый» – это характеристика, отражающая способность человека управлять своим страхом. Тут спору нет, доктор смелый и волевой человек. «Хороший» – скорее, этическая оценка поведения человека. Что хорошего Максим увидел в докторе? То, что он образован, как тот самый доктор Менгле?
«— Образованный выродок — это выродок в квадрате, — сказал Гай поучающе. — Как выродок, он нас ненавидит. А образование помогает ему эту ненависть обосновать и распространить. Образование — это, дружок, тоже не всегда благо. Это как автомат — смотря в чьих руках…
— Образование — всегда благо, — убежденно сказал Мак.
— Ну уж нет. Я бы предпочел, чтобы хонтийцы все были необразованные. Тогда бы мы по крайней мере могли жить как люди, а не ждать все время ядерного удара. Мы бы их живо усмирили...»
Эх, не знает Максим историю родного края. Иначе непременно вспомнил бы про доктора наук, человека, изучавшего историю и философию в ведущих университетах Европы. Очень образованный человек Йозеф Геббельс... Ладно, это древняя – для Максима – история, но неужели он до сих пор не понял, что он в другом мире и тут другие правила? Странно. Вообще тут много чего странного. Например, что Максим теоретически допускает пытки, но отвергает убийства женщин. Ведь в мире тотального равенства и миролюбия он как раз скорее должен допустить убийство женщин, раз допускает убийство мужчин, и отвергнуть возможность пыток. Выходит, равенства в Мире Полудня нет?
Дальше идёт разговор с дядюшкой, который излагает свое видение проблемы выродков:
«Они борются за место в этом мире, за существование своего вида, и эта борьба не зависит ни от каких социальных условий, а кончится она только тогда, когда уйдет с арены биологической истории либо последний человек, либо последний выродок-мутант… Хонтийское золото — вздор! — орал разбушевавшийся профессор…»
Вполне себе достойная теория. И понятно, почему ее отвергает Гай, он под воздействием пропаганды. Но Максим… Это вполне стройное обоснование поведения выродков. Причем основанное на реальных знаниях о мире. И – да, конечно, дядюшка может ошибаться, но у него есть данные для анализа, которых нет у Максима. Максим вообще все свои выводы строит на результатах допроса одной группы выродков. Он даже мысли не допускает, что они могут врать, например, или что они делают хорошую мину при плохой игре. И ладно бы он был первый день на Саракше, так ведь нет.
«Мак попытался вмешаться и начал рассказывать про выродка, который еще до войны боролся против властей, но Гай эти поползновения разгласить служебную тайну пресек и велел Раде подавать второе. Маку же он приказал включить телевизор...»
Бинго, Мак! Какие выводы? А выводы простые: выродки существуют давно, и давно ведут свою подрывную работу. Просто война подняла пласт с ними. И как черви появляются на свежевспаханной земле, так и выродков наконец-то заметили. И это, как представляется, только подтверждает теорию дядюшки.
И как бы да, тут можно сказать о пролетариате и всё такое, но в том-то и дело, что у Максима нет данных о излучении и обработке, зато у него есть постоянные подтверждения лояльности всех слоев общества Неизвестным Отцам.
Вообще «разговор на кухне» очень интересен. И интересно тут поведение Максима. Разговор крутится вокруг выродков, он спрашивает, чем городские выродки отличаются от диких, а дядюшка отвечает:
«…они же выродки городские, есть не что иное, как уцелевшие в борьбе за существование остатки нового вида, почти начисто уничтоженного в наших центральных районах еще в колыбели… Я еще помню эти ужасы: их убивали прямо при рождении, иногда вместе с матерями… Уцелели только те, у которых новые видовые признаки ничем наружно не проявляются…»
Казалось бы, вот тут логично вспомнить про выродка, боровшегося с правительством ещё до войны. Этот факт, с одной стороны, подтверждает выводы дядюшки о новом/старом виде, а с другой – показывает, что выродки, с которыми сражался Гай – это мутанты, появившиеся после войны, а городские – отдельный и давно существующий вид. Логично, но… Но Максим этого не делает. Забыл? Ну, не рыбка же он. Тогда почему не сказал? Не знаем. Может, потому, что не хотел выдавать своего понимания происходящего? Но он же не понимает! Или всё-таки понимает, и Максим не дере… земной дурачок?
А во сне Гая снова всплывут креветки, вернее, уже суп из креветок. Но не в ресторане же он их любил кушать! Мы же помним, как мучалась Рада, поднимая младшего братика, не до креветок было. Или это для них что-то доступное?
Ну, и во время импровизированного «экзамена» по геополитике мы получаем подтверждение агрессивности политики Хонтии и Пандеи в отношении страны Неизвестных Отцов:
«Мак ответил своими словами, но очень близко к тексту, и добавил, что на его взгляд нравственное благородство здесь ни при чем, все дело, как он понимает, в агрессивности режимов Хонти и Пандеи, и вообще это место учебника находится в противоречии с основным тезисом первой главы о суверенности каждого народа, достигшего представлений о государственности…»
Кстати, эту фразу можно понять двояко. Или Хонтия и Пандея покушаются на суверенитет страны Неизвестных Отцов, или эти поползновения взаимны.
«Однако нового разговора не получилось. Мак только покачал головой, а Рада, как и раньше, отозвалась о женском гвардейском корпусе в самых непочтительных выражениях...»
СТОЯТЬ!!! Рада работает в кабаке, она смотрит те же передачи, что и Гай, видит ту же рекламу и т.д. То же, что и обычные люди на улицах, приветствующие Гвардию. Это Каан может быть меньше или иначе подвержен рекламе, алкоголь и интеллект накладывают отпечаток, в том числе на то, какие программы он смотрит и как их воспринимает. Да и читает Каан много, собственно, потому и имеет своё, отличное от общепринятого, мнение. Так вот, Рада – не Каан, она как все. Тогда как она могла отозваться о женском гвардейском корпусе «в самых непочтительных выражениях»? Или она не подвержена воздействию излучения? А, может, сделать ещё более смелое предположение? У Рада Гаал совершенно иные психологические установки, чем у обычных жителей Страны Неизвестных Отцов? Могла Рада на своих хрупких плечах вытащить маленького Гая? В принципе, да, но с огромным трудом. А мог ей кто-то помочь? Да запросто. Вы скажете – додумываем. Да. Да, если бы не пренебрежительное отношение Рады к Гвардии.
Всё, пошла движуха, на ней им закончим. Вот скажите, ротмистр Чачу –идиот? Как по нам – нет, но это наше мнение. Так вот, по этому самому мнению, поручить расстрел нескольких человек новобранцу – верх идиотизма. Отпустить его одного расстре… стоп, до этого не дошли еще. Только полный идиот может поручить расстрел для проверки человеку, которого открыто подозревает. А Чачу своих подозрений не скрывает. В любом варианте, если основная задача – расстрел, ситуация складывается идиотической. А вот если всё затеяно ради бегства Максима, сразу всё встает на свои места.
Заранее извиняемся, это небольшое нарушение наших собственных правил, но, на наш взгляд, сейчас уместное. Для братьев Стругацких эта ситуация тоже нужна только ради побега Максима.
А зачем Чачу нужен побег Максима? Он ведь точно не рассчитывал его убить...
Продолжение следует!
P.S. Вообще, «древность» истории в Мире Полдня – убивает. По логике Максим, Антон и все остальные могут не знать, кто такие Босх, Леонардо, Дефо, но историю строительства коммунизма они должны знать. Обязаны! Прошло-то всего каких-то 200 лет...