Рассказ для тех, кто ищет себя.
Ответы на самые сложные вопросы в большинстве случаев лежат на поверхности, однако человек предпочитает начать вести археологические раскопки, погружаясь в собственноручно выкопанную яму с родословным дерьмом, находя и собирая по мере погружения диковенные никому не нужные фамильные артефакты, и незаметно для себя залезает в эту яму так глубоко, что выбраться из нее уже не предоставляется возможным.
А как же детские травмы и родительскиете установки? - пропищал клиент.
К черту травмы!
Не страдайте херней и уже займитесь, наконец, тем, что вы всегда хотели делать!
Ну, же, ну?
Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?
Клиент пришел в состояние оцепенения.
Он тут же смекнул, что пространственный рассказ про эксклюзивно тяжелое детсво и бабулю, что лупила крапивой по жопе и заставляла убирать курятник, в этом кабинете будет воспринят как саботирование терапии.
Более того, вид доктора не располагал ни к доверию, ни к диалогу.
Клиент начал мычать что-то невнятное себе под нос, тем временем доктор быстрым шагом направился к нему. Крепко ухватив за плечи шокированного клиента, он яростно посмотрел ему в глаза и повторил свой вопрос:
Кем ты хочешь стать,
когда вырастешь?
Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?- прокричал он в третий раз.
Пациент был в шоке, но сам, неожиданно для себя заорал изо всех сил:
Я хочу... хочу шить платья для женщин! Красивые платья для женщин, с рюшами, кружевами и цветочками! Клиент, зажмурившись, продолжал орать, описывая состав тканей, цвета и фасоны. - Я хочу стать модельером!
Отцепитесь от меня наконец!!! Я все сказал!!!
Но тут же обнаружил, что его давно никто не держит.
Доктор спокойно сидел за столом.
С вас 5 тыщ.
Оплатите на рецепшн.
Слова: "до свиданя" были излишни.
Терапия была закончена и не требовала повторных консультаций.
Клиент пополыл в сторону двери и молча вышел из кабинета: его вдруг накрыло необычайной благодатью.
Доктор облегченно вздохнул.
Ему было гораздо приятнее работать с настоящими психами, чем приводить в чувство людей, чья проблема заключается только лишь в том, что они не способны смотреть правде в глаза.