Выхожу я с утра на улицу — глядь, а у нас ,оказывается, гости. Стоит напротив меня величавый олень, разглядывает, жвачку жует.
До этого только немногочисленные, любопытные жители на наш конец села приходили, чтобы краешком глаза посмотреть, что там «эти москвичи» творят. Не понятно им, что мы тут вместе с ребенком школьного возраста делаем, ведь на дворе глубокая осень и все дачники давно уже разъехались. А теперь вот и лесные обитатели подтянулись полюбопытствовать…
Пока во дворе стройка и экскаватор месит грязь, мы пошли разведывать сельские достопримечательности.
Село у нас очень красивое, старинное. Что ни дом — то историческое наследие. Жаль, конечно, что некоторые дома здесь обветшалые и полуразрушенные. Хотя я вижу в этом что-то особенное. Смотрю на брошенный дом и представляю, как раньше в нем жили, как тут кипела жизнь, играли свадьбы, рожали детей…
Первым делом мы двинулись в самый центр села, где на возвышенности чинно стоит церковь, построенная в 1861 году местными братьями-купцами. Личностями они были интересными — вышли из семьи простого крестьянина и доросли до уровня крупных фабрикантов, став при этом меценатами и храмоздателями.
Пятницкая церковь пустует уже более 90 лет, после революции колокольня была разрушена, фрески уничтожены, а надгробия скинуты и частично повреждены.
К сожалению, восстановление церкви было оценено реставраторами в слишком большую сумму, поэтому было принято решение о нецелесообразности выделения средств.
Тем не менее, церковь Параскевы Пятницы — это гордость села. Валентина Ивановна, наша замечательная староста, особенно печется за сохранность исторического здания и совместно с населением проводит организованные работы по поддержанию порядка на её территории: скашивается трава, спиливаются прорастающие внутри и на крыше березки.
Далее мы обнаружили ещё одни руины. Это так называемые «светёлки», где братья-купцы обучали работников для своей бумаго-ткацкой фабрики. В советское время здание переоборудовали под свинарник.
Потом мы пошли по лесочку к развалинам строения бывшей школы. Изучив его историю, оказалось, что срок строительства этого красивого двухэтажного здания составил всего 2 месяца!
В нем находилось двухклассное учебное заведение, где крестьянских детей обучали начальной грамоте. Деревенских школ такого размаха, по тем временам, не было во всей губернии!
Следующей нашей находкой стала узкая липовая аллея. Возможно, во время переменок на ней играли в прятки воспитанники или прогуливались учителя.
Аллея привела нас к красивому, пруду, где мне пришлось по большой просьбе сына залезть в воду и слегка намочить ноги, чтобы сорвать ему камыш.
Полюбовавшись закатом у пруда, мы пошли по тонкой проталой тропинке, которая петляла через заросли и вышли к двум одиноко стоящим домам. Мы были очень удивлены, потому что, ни подъездной, ни пешеходной дороги к ним нет, вокруг только лесок…
Пока я наслаждалась красотой и, раззявив рот, смотрела по сторонам, сын нашел неподвижно лежащую в снегу «чупакабру». Слегка потрогав её сорванной палкой, мы так и не смогли понять жива ли она. Нам показалось, что мохнатое чудище переодически дышит и слегка скалит зубы, но никакой другой реакции она не подавала. Дома, загуглив, поняли, что «чупакабра» оказалось простой куницей.
Наша познавательная прогулка подошла к концу, мы повернули назад. По дороге, возле завалившегося дома, я нашла огромную кованную петлю от ворот. С корнем вырвав её из гнилой воротины, я с трудом запрокинула петлю через плечо и потащила домой. После переезда в деревню я не могу пройти мимо старинных вещей, собираю их с надеждой, что когда-нибудь представлю каким-нибудь туристам выставку крестьянского быта. В моей коллекции уже есть два металлических горшка, вилы, огромные гвозди, ножницы, несколько ручек и петель.
— На каникулы к кому-то приехали? — Послышался голос сзади. Мы обернулись.
— Нет, переехали сюда на всегда. — ответила я, наблюдая как у старушки от удивления расширяются глаза…
Историю о нашем переезде я непременно поведаю в следующий раз.
А пока — пока!
До скорых встреч!!! 👋