Со мной в палате лежала Шура. Её прооперировали раньше меня и поэтому результат гистологии она узнала тоже раньше. Врач, которая её оперировала, пришла и сказала:
- Пришли Ваши анализы. Онкология подтвердилась. Рак яичников. IIB стадию ставят... Химики назначат лечение и первый раз прокапаемся прямо здесь, чтобы потом Вам специально не приезжать, не сдавать анализы... Шура лежала на кровати. Вначале она улыбалась, потом лицо её застыло. Она закрыла его руками. Было понятно, что она плачет. В палате воцарилась неприятная тишина. Всем было неловко.
Я думаю, как врачи при этом себя ощущают? Или они уже привыкли каждый день такие диагнозы сообщать.
- Не плачьте. Хорошо, что вовремя всё удалили. Асцита нет, - врач хотела хоть чем-то её ободрить.
Первое, о чём Шура спросила сквозь слёзы, после длительной паузы:
- Это что, у меня волосы выпадут? Я лысая буду?
- Волосы выпадут, но не сразу. Потом вырастут. Не переживайте.
- Это как? Ведь у меня ничего не болело...
Когда врач ушла, мы понимали, что надо как-то Шуру поддержать. Но как? Что говорить в такой ситуации?
В соседней палате лежала её землячка. Видно, что характер у неё боевой. Есть такие люди, которые сразу бросаются в глаза. Она была уже в платочке. Пережила химию. После РМЖ, чтобы избежать метастазов, ей удалили в нашем отделении всё «по-женски». Полагаясь на её опыт, мы подумали, что у неё есть что сказать новичкам. Поэтому позвали к нам, в надежде, что она сможет Шуру утешить. Посидела она у нас в палате, о себе рассказала:
«Иду я однажды домой после химии, чувствую, что потемнело в глазах, села на ступеньку на лестнице, боюсь упаду. Медсестра мимо шла, говорит: «Вам плохо? Надо с сопровождением приезжать. Нельзя Вам одной».
Звоню дочке: «Дочь плохо мне. Сказали, что нужно с сопровождением приезжать». Дочь: «Мать! Так! Встала! Руки в ноги и... пошла!»
Поэтому, надеюсь только на себя. Квартиру внуку сразу как заболела подписала. Дарственную на него оформила. А у тебя, - (обращаясь к Шуре), — семья. Муж ждёт дома. А я не жалуюсь. Полгода на диване пролежала, дали вторую группу, вышла на работу. В Сбербанке полы мою. Начальница хорошая. Не строго спрашивает...»
Так мало-помалу уболтала Шуру. Посмотришь, что у других проблем не меньше и потихоньку начинаешь принимать реальность и свой диагноз. Шуре 68 лет, но она ещё работала кондитером. На очередном медосмотре нашли "непорядок" в яичниках. Скромная, тихая, незаметная, улыбчивая. Старалась никому не мешать, боялась доставить неудобства. Ночью, если вставала по своим делам, двигалась тихо, чтобы никого не разбудить. Терпеливая. Никогда не жаловалась, где и что у неё болит. Хотя операция у неё была полостная и серьёзная, сутки была в реанимации и неделю ходила с мочевым катетером. Удовольствие не из приятных. Я потом, спустя 9 месяцев испытала это на себе, о чём писала здесь.
Шура живёт в городе, где находится крупнейшее в мире железорудное месторождение. Железную руду там добывают открытым способом.
Я заметила, среди пациентов нашего областного онкоцентра преобладают жители из её города и моего. Возможно потому, что они самые многочисленные по количеству населения, или же действительно на онкологию так сильно влияет экология. У них в городе даже есть свой онкодиспансер, настолько там неблагополучная обстановка в плане онкозаболеваний.
Сейчас Шура продолжает лечение. На ремиссию пока выйти не удаётся. Такой уж рак яичников. Считается самым опасным из всех "женских" раков. Количество химий зашкаливает. Дали ей первую группу инвалидности. Когда я с ней созванивалась последний раз онкомаркеры СА-125— 641. А должны быть < 35. Готовилась к очередной химии. Говорила, что обещали, что после неё волосы не выпадут. Сейчас отросли коротенькие.
Когда ей впервые капали Паклитаксел и Карбоплатин, мы все с интересом наблюдали и спрашивали: «Ну как?» Ожидали побочек. Ни мы, ни она тогда не знали, что плохо будет на третьи сутки. (Иногда, мне становилось плохо уже к вечеру вторых.)
При выписке, как положено, она «подёргала» простыни на наших кроватях. Это такая примета, чтобы всех поскорее выписали домой. Старалась ничего не забыть, чтобы не возвращаться, но всё-таки забыла мыльницу с мылом. Звонила мне потом, чтобы я её выбросила.
Запомнила анекдот, которая однажды рассказала Шура.
Жалуется женщина подругам:
- Я такая больная, такая больная! И голова у меня болит, и сердце болит, и спина болит...
- Но люди говорят, что от тебя каждое утро уходят то Иван,
то Петро, то Василь...
- Ну, что за люди! Один орган здоровый, так и то позавидовали!
Извините, если кого оскорбила) Поверьте, что анекдот вовсе не характеризует Шуру. Просто он был что называется «в тему» и она хотела нас развеселить.
Всем крепкого здоровья! Оно в современной жизни очень пригодится)
Спасибо за то, что дочитали до конца!
