Не совсем про шахту, но косвенно с шахтой всё же связано. Не так давно публиковал статью, как жена чуть не разворотила печку сухой угольной пылью. Товарищ на работе рассказывал печальный случай, когда пацан печку всё же разворотил. Благо, сам цел остался и чудом дом не сгорел – быстро затушили и не дали огню разгореться.
У нас в Сибири печку топили углем. А чем ещё в угольном-то регионе? Дровами печку растапливали, затем сверху накидывали уголь и отопительный процесс пошёл!
Однако есть у угля одно отрицательное свойство – он спекается, т.е. сверху покрывается прочным «панцирем». Под ним жар тлеет, над ним огня нет. Вот и приходится периодически эту самую корочку разбивать кочергой, чтобы выпустить пламя наружу. Если этого не делать, без притока свежего воздуха жар остынет и печка попросту погаснет.
Неоднократно бывало так, что начинаешь шурудить в топке кочергой, пламя с сильным хлопком бабахает из печки словно форсаж из сопла реактивного двигателя! В этот момент «ворон считать» крайне нежелательно, а желательно харю в мгновение ока убрать в сторону, иначе опалённые ресницы, брови и волосы на лбу обеспечены. Было дело – подпаливал и не раз.
Иногда (не всегда!) проходил такой фокус. Заглянешь в топку – огня нет, сверху корочка спеклась. Выдираешь из тетради лист, поджигаешь его, кидаешь в печку и уголь снова занимался пляшущими языками пламени. Чуть огонь разгорится, тогда уже шурудишь кочергой и «форсажных» бабахов из топки нет.
То ли пацан по соседству с товарищем жил, то ли чадо кого-то из знакомых – не суть важно. История следующая.
Когда уголь спечётся и огонь прятался под корочкой, приноровился пацан разжигать его... бензином из баллончика для заправки зажигалок! Может, уже все тетради спалил в печке, может, чересчур смышлёным оказался. Плеснёт струйку на уголь и от высочайшей температуры бензин воспламенялся (может, где-то жар сквозь корочку пробивался). Раз эксперимент удался, второй раз удался, а в N-й раз что-то пошло не так. Как обычно в топке спеклась корочка, пацан плеснул струйку бензина и наблюдает, как он испаряется с поверхности угля, но не загорается. Плеснул ещё, однако результат тот же – испаряется, но гореть не хочет. Плеснул побольше обычного, что, в принципе, уже тянет на «премию Дарвина». Так он ещё кочерёжкой шуранул!
Бабах прогремел знатный. Как не пришибло кирпичами «дарвиниста», остаётся лишь гадать. Отделался пацан выпученным от страха глазами и криком «Мама!». И ни одной царапины! На шум и крик со двора в дом влетел папа, схватил недоросля за шиворот и вытолкал из дома на свежий воздух, а сам спешно принялся гасить угли. Потушил. Когда угроза пожара осталась позади, его эмоциональная речь состояла исключительно из непечатных слов, пожалуй, даже знаки препинания и те были матерными.
Про дальнейшие действия отца история умалчивает, но уместно предположить, что из брюк был выдернут ремень и сыну с пиротехническим складом ума знатно прилетело по одному месту...