Ни дня без строчки
...Всё это было рядом с Москвой, страшным городом. Мутно вспыхнул и медленно ушёл зимний закат. Вышла луна. Будто Господь коснулся замёрзшего стекла небес и остался на нём проталинкой след божьего тёплого пальца. И в отверстое небо, наверное, стала видна ему грешная земля. И мне стали видны чёрные молчаливые избы и упавшие прясла. Мне сказали, что эта деревня, по обе стороны дороги, давно мертва. И как в это трудно было поверить, когда вот только что хмельно и вольно катилась бесконечная река жизни, которой, казалось нет и не будет нигде конца. А конец вот он, оказался так близок.
Надо сказать, что до этого дня я мёртвой России не видел. Я ходил по этой пустой до звона в ушах деревне и в голову лезли всё какие-то ненужные мысли. Мне, например, думалось, что именно в таких декорациях можно было бы снимать кино из времён монгольского нашествия или опричнины. Всякая деталь внезапной этой кончины была такая, какую не выдумать праздным умом. Люди куда-то собирались бежать, но заколоченные наспех окна остались тут как знак надежды. Значит, не верили они, что уже никогда не вернутся сюда. Без такой надежды в душе сделалось бы пусто. А не может же жить человек с пустой душой...
На деревьях остались скворечни. Старые птичьи домики стали будто обожжённые злым огнём. Почернели и полопались липовые досочки, когда-то с любовью оструганные. Причём лопнули они не только вдоль, но и, каким-то странным образом, поперёк. И стали похожи на недоеденные пожаром головни, зачем-то поднятые в небо. Как знак окаянного времени и беды неизбывной. Ясно о чём говорят эти скорбные знаки, о тихо и смирно уходящей с белого света России. Птицы сюда не прилетят больше, потому что не осталось тут ни одного сердца, которому нужна была бы их весенняя возня...
Вот чьими-то портретами на холсте прикрыты те же пустые глазницы окон. Лицевой стороной холста внутрь. Так и смотрят теперь лики бывших больших казённых людей в пустоту жуткого неживого избяного пространства. Может быть, в наказание. Хочется верить мне, что есть она, эта незримая связь между портретной копией человека и бывшей в нём чиновной душой. И будет её, эту душу, томить тоской и болью до той поры, пока не истлеет тут холст прочнейшего качества, специально выбранный для верноподданнической доходной живописи. Хотя лучше бы, конечно, поставить тут лицом в забитое окно сам оригинал и заставить смотреть на дело рук своих до той поры, пока не рассыпался бы в прах. В назидание всякой будущей власти...
Не мог я долго тут быть. Холод лез за воротник, а ужас в душу. Всё казалось мне, что вот выскочит сейчас на неезженую дорогу призрачная жуть и запляшет, заклацает зубами. Русские призраки, они ведь самые страшные, потому что им вольно куражиться на таком просторе...
Если почитать, например, нынешнего исследователя славянских древностей Никиту Толстого, то можно узнать, что привидения, это души тех, кто умер неудовлетворённым жизнью. Кому не дали прожить её с положенным смыслом. Вот и выходит эта душа глянуть и предупредить — опамятуйтесь, не губите зря мгновение, отпущенное вам для дела и радости. И думал я, сколько поводов у каждого из нас испытать душой долю привидения. По чьей это недоброй воле вышло у нас так, что явилась пустота вместо права, пустота вместо экономики, пустота вместо будущего, пустота вместо истории. От всего этого жизнь, которая даётся нам единственный раз, давно стала бессмысленной, потому что не имеет цели. У народа нет повода сознавать уникальность и счастье выпавшего ему шанса — жить на этой земле, продолжать свою великую миссию. Нет этого повода и у каждого отдельного человека. И это есть самое главное преступление власти против потерянных ею поколений русского народа. О других народах я не говорю, потому что у них есть возможность хотя бы отложиться от этого скверного государства. А нам вместе с ним пропадать… Где же, наконец, та последняя капля, которая переполнит бездонную чашу терпения?..
P.S. Из статистики: В начале XX-го века в сельской местности проживало 87% населения России. Спустя 100 лет ситуация кардинально изменилась, и в деревнях осталось лишь 26% жителей страны. Согласно последним данным, более 100 000 деревень и сёл заброшены. Остались без населения территории, в три раза превышающие территорию полуострова Крым. На наши пустующие земли голодным взглядом нацелены другие народы. И это гибельно уже для нас. Самым неоднозначным решением Путина является передача полутора миллионов гектаров русской земли в аренду китайцам. И это необычайно волнует думающих жителей Дальнего Востока. Это больше половины Крыма, который мы так упорно отстаиваем. Вернутся ли к нам когда-нибудь эти земли, не стали ли они уже новой нашей Аляской?