Первый замдиректора «Ростеха» Владимир Артяков вышел сегодня на люди со следующим заявлением: «Россия перестала вести военно-техническое сотрудничество с государствами, которые недобросовестно … занялись несанкционированным реэкспортом вооружений третьим странам. Прекратилось сотрудничество с теми, кто поддерживает односторонние санкции против России».
Но здесь уместно спросить – что это за страны и разве они всё ещё желают покупать российские вооружения?
Можно подумать, они умоляют «Ростех» о продажах, а он не согласен. Скорее можно говорить о негативных последствиях 24 февраля для экспорта военной продукции – часть рынков может быть потеряна. Здесь бы, как раз, сделать объективную оценку. Думаем, что итоги не порадуют.
С другой стороны, велики ли сейчас возможности «Ростеха» по экспорту вооружений, учитывая тяжелую спецоперацию? Когда она завершится, неизвестно. Но уже появлялись сообщения о попытках выкупа в некоторых странах проданных оружейных систем. Если последнее верно, то возможности экспорта ограничены.
В общем, похоже, что мы имеем дело с «надуванием щёк». Происходит оно по той причине, что экспорт вооружений – закрытая для российского общества статья. А почему, собственно? Что здесь секретного? Не больше, чем при любой другой торговле. Уж общие-то цифры могут быть открытыми. Было бы это так, не смогли бы чиновники «Ростеха» туманить головы россиянам общими заявлениями.