Папа и недовольный сын-подросток рассматривают ГАЗ М-1:
— Красота, да?
— Угу. (Равнодушно.)
— А это знаешь, что за рычажок вон там?
— Нет.
— Это щетки.
— Угу.
— Ну что угу? Хоть бы сделал удивленное лицо! Ничего-то вас не трогает после вашего тиктока!
— Мам, зачем эта книга?
— Отзывы писать.
— А нарисовать можно?
— Ну все пишут. Не принято тут рисовать.
— Па-ап! Иди сюда! Иди писать под мою диктовку!
У ГТЩ («Гран-Туризмо» братьев Щербининых):
— Прикольный такой самодел. Видел?
— А?
— Во дворе многоэтажки собрали! Читал? Ничего себе машинка, да?
— Это те не ЖЭК-арт с лебедями.
У машинки «Зингер»:
— А я дура была и типа такой выкинула.
— Сейчас бы она нормально так продалась.
— Сейчас бы хорошо продались фарфор и стулья дореволюционные. Но их я тоже выкинула. Никогда не умела правильно инвестировать.
— Аппарат для самогона?
— Перестань! Опять твои алкогольные шуточки! Это домкрат!
— Ну а чего? Гараж, самогон, все как раз сходится.
— Мам, мы скоро есть пойдем?
— Ну мы же только пришли! Ты не хочешь машины посмотреть?
— Хочу, но пиццу я хочу больше.
Две пожилые женщины смотрят на фото Лили Брик в автомобиле:
— Ветреная она все-таки была.
— Ну так а по другому-то как было?
— Согласна.
— Пап, а это деревянное — что такое?
— Рубанок. Чтобы делать ровные доски.
— А почему их в магазине нельзя купить?
— …
— У меня папа на пенсию когда вышел, то купил себе «Запорожец».
— Зачем?
— Для души. Говорит, что привык что-то ремонтировать.
— Слушай, а он на гастроли у тебя не выезжает? А то у меня как раз стиралка что-то не сливает… Вдруг ему интересно?
Пожилая пара:
— У тебя был малиновый пиджак?
— Нет.
— А «адидасы»?
— Тоже нет.
— Ой, ну ты у меня прямо как зажиточный был, так и остался. (Целует в щеку.)
— Я вообще считаю, мне повезло, что у меня была дача. Я и цепь мог сам себе поменять, и рогатку сделать.
— И как тебе это помогло в жизни?
— Ты прав. Но это принесло мне моральное удовлетворение… Хотя бы… На раннем этапе моей жизни.
Дедуля донимает смотрительницу:
— А машины тут были и раньше.
— Простите?
— Я помню еще выставка была без гаражей.
— У нас здесь много выставок проводится. Вы про какую-то конкретно спрашиваете?
— И хорошо. Я и говорю, что надо проводить, повторять! (Смотрительница пытается что-то сказать, но дедуля не требует ответа.) Эти здания — это Лужков же передал, правильно? В каком, в 2007-м или нет? Его потом уволили, и он еще четыре года… Это самое, да? В 2007-м же, правильно? Я и говорю, что помню вот этот вот зеленый «Москвич». Гараж когда тут был. Ну ладно, главное, что мы с вами друг друга поняли, да?
У чеканки на дверь туалета с изображением писающего мальчика в приспущенных штанах:
— Я вот только сейчас понял, почему мы такое потерянное поколение.
— Почему?
— Потому что мы все детство смотрели на вот эти попы на дверях.
— Я как эту инсталляцию увидела, где кресло, соленья, раковина… Это же гараж моего отца! Прям сейчас приедешь на дачу, а там все стоит.
— У моих тоже все сохранилось.
— А с пальто тоже была интересная история. Я себе его купил на эти, на бумажки. На сертификаты. А потом у меня его украли в гардеробе. Я его первый раз надел в театр, и у меня его украли. Не помню, что за театр. Хороший. Просто унесли. Не знаю, как. Номерок у меня, а пальто пропало. В театре. В Москве. Н-да, отбили, короче говоря, желание вот этого вот культурного. Ну представляешь? В театр сходил!
— Ну мусора-то они сюда могли бы и побольше всякого набрать.
— Что набрали, видимо, то и показали.
— Им надо было просто моей маме позвонить — как раз бы кладовку освободили.
Выставка «Куплю гараж» будет работать в Музее Москвы до 10 марта.
Иллюстрация: Натали-Кейт Пангилинан