Из дневника читателя
Вот что говорил Иван Бунин о писателях, своих современниках:
1. Владимир Владимирович Маяковский - "самый низкий, самый циничный и вредный слуга советского людоедства"
2. Исаак Бабель - "один из наиболее мерзких богохульников"
3. Марина Ивановна Цветаева - "Цветаева с её непрекращающимися всю жизнь ливнем диких слов и звуков в стихах"
4. Сергей Александрович Есенин - "проспись и не дыши на меня своей мессианской самогонкой!"
5. Анатолий Борисович Мариенгоф - "пройдоха и величайший негодяй"
6. Максим Горький - "чудовищный графоман"
7. Александр Александрович Блок - "нестерпимо поэтичный поэт. Дурачит публику галиматьей"
8. Валерий Яковлевич Брюсов - "морфинист и садистический эротоман"
9. Андрей Белый - "про его обезьяньи неистовства и говорить нечего"
10. Владимир Набоков - "мошенник и словоблуд (часто просто косноязычный)"
1. Константин Дмитриевич Бальмонт - "буйнейший пьяница, незадолго до смерти впавший в свирепое эротическое помешательство"
12. Максимилиан Волошин - "толстый и кудрявый эстет"
13. Михаил Кузмин - "педераст с полуголым черепом и гробовым лицом, раскрашенным как труп проститутки"
14. Леонид Андреев - "запойный трагик"
15. Зинаида Гиппиус - "необыкновенно противная душонка"
16. Велимир Хлебников - "Довольно мрачный малый, молчаливый, не то хмельной, не то притворяющийся хмельным"
Интересно, что бы сказал Бунин о писателях сегодняшних. Впрочем, это можно представить себе, если прочитать, например книгу мемуаров композитора Георгия Свиридова:
О Маяковском. Человек, который написал : «Я люблю смотреть, как умирают дети», - не может быть назван человеком. Это выродок.
Советская интеллигенция представляет, в значительной мере слой микроскопической буржуазии (по покупательным возможностям). Это свирепый и злобный тип буржуазии, полагая весь смысл жизни в комфорте европейско-американского типа.
Заметки Пастернака, внешне справедливые, не лишены желания творческого самоутверждения путем умаления и устранения поэта, которого он считал своим главным литературным конкурентом. Разумеется, не все в творчестве Е. стало народным, но у Пастернака не стала народной ни одна строка. Это месть Сальери Моцарту, та щепотка яду…
…Поступки его героев направляются только авторской волей, в них нет самостоятельной жизни. Это человек не знающий сомнений, так же как Мандельштам и его супруга.
Судьба коренной нации мало интересовала Пастернака. Она была ему глубоко чужда и винить его за это не приходится.. он был здесь в сущности чужой человек, дачник с жаргоном представителей узко-нацистской диктатуры, которая называлась диктатурой пролетариата. И пробуждения национального сознания они боятся - панически, больше всего на свете . Маяковский и Пастернак были «своими» людьми среди представителей этой диктатуры. Они в сущности - не народные поэты, не люди народного сознания (интеллигентская каста). Например, поэзия Бродского - только ритмическая, без мелодии. Без гармонии. У него совсем нет свежести. Все залапанное, затроганное чужими руками, комиссионный магазин, «качественные», но ношенные вещи, ношенное белье, украшения с запахом чужой плоти, чужого тела, чужого пота. Нечистота во всем. Нет свежей женщины, … Нет никакой свежести в языке, и это даже не язык, а всегда жаргон - местечковый, околонаучный, подмосковно-дачный.
Ахматова - нечто надутое, театральное, неимоверно злобное, завистливое. Поношение Блока, Есенина, Маяковского. Возвышение Мандельштама (?), Бродского (на этой паре и въехала в славу). В ее поэзии есть нечто противное здоровому мироощущению.
По радио выступал Бродский под титулом «великий русский поэт». Нечто невообразимо надутое и грязное, исполненное непомерных претензий. Один из участников передачи характеризовал его в качестве нового… пророка.
Татьяна Толстая, внучка Алексея Толстого и тут высказалась: лучшая литература - это создающаяся за рубежом...