- Я не буду опять ссать на парты. А если кто-нибудь зайдет?
- Мы можем проверить это сейчас. Сработает или нет?
Зосим взял топор, положил телефон на парту, нацелился на него и замахнувшись со всей силой ударил топором по телефону.
Телефон разлетелся на куски, столешница треснула.
- Неси скорее! - заорал Федор
Зосим бросил топор, метнулся и тут же принес свеклу, прошлогодний кефир, волосы Тамары Николаевны и бросил все это в место удара.
- Ну, все, давай ссы на парту, реакция пошла!
Федя испытывал смущение.
– Зюська-бузюська придет в среду, и мы это продать сможем! Ты диски, литые себе, хочешь новые?
Федя опустил голову и немного скривив рот выразил знак согласия.
- Двадцатые, помнишь, которые тебе понравились? Шмотки крутые какие хотел, а? Куртку кожаную?
- Ну почему я всегда?
- Ну ты же видел, что они только от твоей дохнут? Я пробовал, и они нас чуть не загрызли в прошлый раз!
- Хорошо! – Недовольно крикнул Федор, - а если Марина Васильевна зайдет или вообще декан? Сам же знаешь, что дверь нельзя закрывать и на шухер не поставишь никого!
- Да и похер, мотнем назад! Ян поможет.
- А если его там не будет?
- Да что ты за нытик такой? «А если зайдут, а если Яна не будет». Есть тема, надо делать! Тем более бабки не плохие! – решительно сказал Зосим и, помотав слегка головой вперед-назад имитируя согласие, посмотрел в глаза Феде.
Эта уверенность передалась ему, и он решился. Встал ногами сначала на стул, а потом на стол. Эти следы от маркера были примерно в метре от него. Он посмотрел на них, но все же спросил:
- Почему никак не получить другим способом эту гипюровую кислоту и ксантин?
- Да хрен его знает, может и можно, давай потом об этом. Хрен его знает, - повторил Зосим и хохотнул. - Тем более ты всегда видишь в этом особый способ выразить протест против скучной системы образования, мы же в учебной аудитории, а это парта! И водички ты сегодня пил много так как знал какой это день, да? – улыбнулся Зосим.
- Знал, знал, - заулыбался Федя, расстегнул ремень, ширинку, спустил джинсы, потом трусы и стал обильно ссать на этот эти черные отметины на парте, которые представляли собой контуры прямоугольника.
Моча стала заливать всю парту и стекать на пол, брызги, отскакивая от твердой поверхности, попадали в стену, на соседние стулья и те парты, которые рядом, а также чуть-чуть на Федины кроссовки и джинсы.
Дверь открылась и зашла Марина Васильевна. В руке у нее был толстый журнал, ключи и кофе. В нескольких метрах от входа в аудиторию, Федя Курочкин стоял перед ней на первой парте и ссал на нее. Она не верила в происходящее. Ее рот открылся, руки стали медленно опускаться, правая кисть, в которой была кружка стала наклоняться вниз и кофе стал медленно выливаться из нее.
Федя увидел ее и улыбаясь, продолжил ссать на парту.
- Что …. Это что …. – Марина Васильевна пыталась что-то сказать.
- Епта! Марина Васильевна! Это кофе у вас? – Зосим подскочил к ней с удивлением и восторгом, а затем понюхал то, что было в кружке.
- А?... Что … Что, вообще … – начала она, посмотрев на него, но не понимая, что он спрашивает снова уставилась на Федю, который продолжал стоя ссать на парту.
- Отлично! – обрадовался Зосим и посмотрел на Федю.
- В кофе же тригонеллин содержится, Зосим! – закричал Федя
- А я о чем!
- Бля, я себе новую тачку походу куплю, как же мы сразу не догадались.
- Что здесь происходит? – придя в себя, сильно покраснев, но все так же растерянно спросила, как будто оглушенная, Марина Васильевна.
- Марина Васильевна! Мы вам сейчас все объясним! – улыбаясь начал Зосим
Федя продолжал ссать, а она как завороженная продолжала смотреть на него.
- Марина Васильевна, - начал вкрадчиво и мягко Зосим и взяв ее аккуратно за локоть, попытался развернуть преподавателя и провести в подсобку, - Понимаете, мы тут одну лабораторную делаем по физхимии. Пойдемте, я вам покажу кое-что, - но она отдернула локтем его руку и окончательно пришла в себя.
- Что здесь происходит? – закричала она. - Вы что себе позволяете? Федор и Зосим! – Я иду в деканат! Она резко развернулась в сторону двери и кофе немного выплеснулся из ее кружки. Федя закончил мочиться и закричал:
- Вырубай ее нахуй и хватай кофе! Скорее!
Марина Васильевна опять развернулась к Федору и дикий шок отразился у нее на лице, но Зосим молниеносно выхватил журнал из ее рук и со всей силы ударил им ее по голове. Этим ударом ее быстро потянуло в сторону, Зосим тут же выпустил журнал из рук и успел схватить ее за кисть, которая держала кружку с кофе. Половина содержимого в ней выплеснулась на их руки и одежду, но он успел выхватить кружку с остатками кофе и поставить на ближайшую парту. У преподавателя подкосились ноги, и она упала на пол потеряв сознание, рядом с ней упал раскрытый журнал.
- Сколько у нас времени? – закричал Федя.
- Достаточно!
- Смотри за дверью!
Федя быстро надел трусы, застегнул джинсы, спрыгнул на пол, достал большой нож и встал у двери, на случай если кто - то войдет. Зосим достал шприц, набрал в него кофе, а затем выдавил его содержимое на то место, куда нассал Федя и где были следы от черного маркера, мгновенно положил белый чистый лист, по которому они делали контуры так, чтобы линии на нем и на парте совпали, и тут же отошел. Как только это произошло, все вокруг как-то очень крепко дернулось. Будто тяжелый груженый поезд начал движение с места. Федя посмотрел прямо в глаза Зосиму, и они стали считать про себя до нужной цифры.
В коридоре послышались шаги, и Федя крепче сжал нож в правой руке. Марина Васильевна лежала лицом вниз и не шевелилась, а звуки приближающегося человека становились все громче и громче. В этом крыле института, было семь аудиторий, в одной их которых находились они, и было понятно, что человек идет в одну из них. Федя стоял спиной к стене, прижавшись к косяку прямо у двери и для мгновенного удара отвел руку с ножом в сторону, как бы заранее замахиваясь. Они напряженно смотрели в глаза друг другу и было слышно, как они дышат. Громкую тишину пробивали нарастающие шаги в коридоре. Кто-то подходил все ближе и ближе. Марина Васильевна начала медленно шевелить одной рукой и головой. Ее телефон зазвонил. Вдруг, парта на которой раньше стоял Федя шевельнулась и белый лист стал приобретать больший размер. Когда он стал примерно в половину парты, то внезапно раздался жуткий крик. Вопль протяжный и длинный, как будто из глубокой бездонной пещеры. Федя тут же закрыл дверь на ключ, и ребята выдохнули и не много расслабились.
- Ща они все передохнут пока, давай тригонеллин разводи. – сказал Федя и опустился на корточки там же у входа, где стоял и убрал нож.
Белый чистый лист, который Зосим положил на парту, увеличившись в разы, перестал быть белым и это был уже не лист, а какой-то прямоугольный темный вход или выход в какое-то пространство вниз, размеры его позволяли спокойно спуститься туда человеку, из него доносились противные тошнотворные вопли и слышались скрежет и движение. Оттуда стали вылезать крипточерви которые быстро всасывали эту желтую жидкость, оставленную Федей на парте и вокруг. Они ее всасывали, кричали, дохли и исчезали.
Когда исчез последний, исчез и неприятный запах, вокруг было абсолютно сухо и чисто, включая Федины джинсы и кроссовки. К этому времени Зосим приготовил две большие пробирки с разведенным тригонеллином, перемешанным с солью и водкой, одну передал Феде, а другую держал сам. Они оперлись на огромный преподавательский стол спинами и стали ждать Егорку.
Перед тем, как открылся вход в парте, телефон Марины Васильевны зазвонил, но так как ребята сейчас находились не совсем в той реальности, где лежал препод, хотя близко, они слышали звук ее мобильного, который очень сильно замедлялся и искажался разными обертонами, также происходило со временем и пространством где она находилась. Звук становился то громче, то тише.
- Сейчас этот мобильник опостылит, сука! – пробурчал Федя.
- Не обращай внимания, думай о себе!
- Да, оно того стоит.
- Про тачку думаешь?
- Ага!
- С салона?
- Конечн!
- Как обычно черную?
- Конечн!
- А мыть не заебешься?
- Не, оно того стоит!
- Ясно!
- Солнечно, без осадков, епт! Ясно ему! Вот сейчас Егорка выйдет и скажет, что северные все забрали и мы ничего не поймаем, - недовольно сказал Федя.
- Ой, да, слышь, ну, че ты опять начинаешь? – недовольно пробурчал Зосим
В этот момент, как только в воздухе испарился последний крипточервь, послышался щелчок, такой, когда включают свет в комнате. Спуск вниз в парте стал абсолютно белым. То есть было видно, что в нем, там внутри есть белое чистое пространство, из которого есть лестница сюда к ним и оттуда послышались шаги. Было слышно, что кто-то поднимается по лестнице. Через пару секунд из флоксэта в парте показалась белокурая голова Яна, затем он поднялся еще на пару ступеней и поставив локти на край парты, посмотрел на Зосима и Федю. Ян был высокий и здоровенный. Накаченный. У него были крупные черты лица, большие глаза и грозные брови. Тембр его железного голоса звучал громоподобно, но спокойно и когда он говорил, Федя иногда представлял, что было бы, если б он стал орать по какой-то причине. Он, как всегда, был в белой обтягивающей футболке, белых брюках и излучал мощнейшее спокойствие и силу, которые можно наблюдать и ощущать в горах.
- А где Егорка? – удивленно спросил Федя у Яна.
- Вы что-то зачастили, родные. Афанасьич вообще сказал, что б вас не пускать пока, - и он цокнул как-то во рту, немного скривив губы.
- Мы сегодня можем достать около ста, - самодовольно сказал Зосим и немного приподняв левую бровь, еле заметно улыбнулся.
- Около ста, - повторил и немного нахмурил брови Ян и посмотрел вниз. - Это за раз. Вы что какую-то секретные ловушки нашли? – и он поднял на них взгляд.
- Ну, скажем так экспериментируем! – ответил Зосим.
- Где Егорка? – повторил вопрос Федя более выразительно.
Ян посмотрел на Федю и тот отвел глаза в сторону.
- Ян, понимаешь, - начал Федя мягко и заискивающе, - нам очень над…
- Заткнись, - перебил он и посмотрел на Зосима, - Продолжай!
- Семьдесят нам, тридцать тебе, - сказал Зосим.
- Знаешь, что, надоели мне вот эти вот откаты, я Афанасьечу скажу, как есть.
- Ладно, половину! – недовольно сказал Зосим и Федя изумленно посмотрел на друга.
- Нет, ты не понял! Я же сказал, мне эти откаты больше не нравятся! Я Афанасьечу сообщу про ваши новые эксперименты. Сегодня можете зайти, но, если он узнает, что это я вас пропустил, я вас просто убью нахуй! Вам понятно?
После этих слов стало действительно как-то очень понятно, они боялись Яна и знали, что он всегда делает то, что говорит. Федя и Зосим переглянулись и кивнули ему. Это получилось синхронно и выглядело очень покорно.
- Только эта видела вас? – Ян кивнул на Марину Васильевну.
- Да.
- А что это за звук, мобильный что ли играет?
- Ну, - буркнул Зосим.
- Стремный какой-то звонок у нее.
- Так это ж, потому что, … - начал было Федя.
- Заткнись! – перебил его Ян. – Ладно, что, я тогда мотну ее, а вы спускайтесь. Егор! – позвал его Ян, затем вылез, а ребята спустились вниз.
- Спасибо, Ян.
- Спасибо, Ян.
Они поблагодарили его и спустились в эту белую комнату. Ян, оказавшись в проекции аудитории сделал пару круговых движений рукой и щелкнул пальцами. В воздухе появились песочные часы и тут же пошел отсчет. Он спустился по лестнице обратно вниз откуда недавно появился и вход за ним закрылся. После того как упала последняя песчинка, ровно через минуту Марина Васильевна зашла в пустую аудиторию. В руках у нее был журнал, ключи и кофе. Она поставила все это на стол и пошла закрывать окно. Через некоторое время в коридоре послышались шаги и ее мобильный зазвонил.
В широкой, но с низкими белыми потолками комнате были белые стены и белый пол. Внутри было четверо. Зосим, Федя и Егорка смотрели на Яна.
- У вас полчаса, - сказал он и, подойдя к стене толкнул ее ладонью. Вся она оказалась дверью, за которой было очень темно. Он шагнул туда, и она за ним закрылась.
Ребята посмотрели на Егорку, улыбнулись и поздоровались с ним за руку. Это был полненький не высокого роста мужичок лет пятидесяти. Несмотря на то, что он был профессионал своего дела, разум его застрял где-то на совсем юном возрасте. Добрый и улыбчивый, как всегда весь чумазый, в каске и грязной спецодежде. От него пахло машинным маслом и большим цехом производства. Он улыбнулся им в ответ.
- Как обычно? – спросил он.
- Да, - ответил Федя.
- Батареек то хватит? – и он передал им яркие оранжево-зеленые фонарики.
Они выглядели как большие водяные пистолеты, но над дулом крепились на каждом по особой коробке, в которую складывались фотографии клиентов.
- Хватит, успеть бы за полчаса!
- А! Ну, ясно. Мне парочку дадите? – Он спрашивал один и тот же вопрос каждый раз, улыбаясь, с одной и той же интонацией.
- В другой раз, Лексеич, сроки у нас!
- Добро, добро, - заулыбался он, всегда отвечая одинаково, затем развернулся, достал большую связку ключей на стальном кольце, выбрал один, протянул вперед.
Перед ним материализовалась замочная скважина и он вставил в нее ключ. Егорка повернул один раз и тут же образовались контуры двери, она открылась, и все шагнули за нее вперед, оказавшись в другом пространстве. Они стояли на железной прямоугольной платформе, из которой бесконечно далеко вперед шел узкий железный навесной мост с перилами, ширина которого позволяла пройти только одному человеку. Вокруг было темно, но железные конструкции самых разных размеров и форм, шланги, провода, были каким-то образом подсвечены, некоторые детали двигались и перемещались со звуком.
Несмотря на то, что воздух вокруг был не много мутный и все как бы в тумане, редкое освещение позволяло увидеть и различить разные устройства и механизмы.
- На середине будьте внимательней, там это …
- Да, да, Лексеич, мы помним, - и они стали заходить на мост.
- Он злой сегодня.
- Ага, ты тут будешь? – спросил Зосим, уходя вперед.
- А, подремлю пока. Зюська-бузюська в среду придет?
- Ну, с утра!
- Ну ладно, удачи наловить!
- Спасиб, защиту не ставь, твой тоже поймаем! – пошутил Федя и было видно, что туман уже наполовину скрыл его тело.
- Я тебе поймаю, - крикнул, улыбнувшись Егорка и погрозил кулаком!
Впереди шел Зосим. Стальные перила моста у его локтей параллельно уходили далеко вперед. Под мостом ничего не было видно, только желтый туман был повсюду вокруг, но сквозь него железные конструкции по сторонам и сверху были хорошо видны. Они шли молча уже минут пять, держа фонари на готове.
- Ты понимаешь теперь почему маленькие дети иногда просыпаются и плачут? – спросил Зосим.
- Меня что-то пока не тянет на рассуждения, я лучше послушаю.
- Ну, смотри, крипточерви охраняют особый мир снов. Неокрепший разум ребенка сам открывает время от времени портал в память предков. Когда дети ссутся – это убивает крипточервей на иных тонких субментальных уровнях и пускает воспоминания предков в сознание, что может помешать сформировать новую личность. Сознание и подсознание ребенка не имеет таких сильных фильтров как у взрослого человека, поэтому дети во сне до года могут легко получить доступ к информации о том, кто были его дальние родственники и посмотреть целые фрагменты их жизней. Крипточерви это могут отследить и в срочном порядке закрыть доступ, в этом случае для ребенка это будет просто неприятный сон. А если ребенок во сне обсикается, у него будет защита против крипточервей, и он посмотрит много чего интересного даже не поняв, что это было.
- Ну так дети и так иногда обсиканые просыпаются со слезами.
- Не, ну понятно, что они не все время ловят доступ к прошлым жизням предков, я так просто подумал, что дети это делают бесплатно, но ничего не осознают и не могут выразить.
- То есть они бесплатно смотрят целые фрагменты жизни их предков, в то время, как только очень богатые люди платят большие деньги за это.
- Зато взрослые могут заказать примерное время, в котором жил их предок, а также всю информацию о том, кем и каким человеком он был по жизни, где жил, чем занимался и так далее. Меня поражает что можно смотреть целые реальные куски из жизни своих предков как их глазами, так и от третьего лица, как бы со стороны на них, поразглядывать их внешность, поступки.
- Да, круто, что сказать. Даешь свою фотку, указываешь на обороте примерный промежуток времени, платишь деньги, а через неделю эту фотку кладешь под подушку и наблюдаешь всю ночь во сне своих пра, пра, пра дальних родственников.
- А как они понимают, что мы их не наебываем?
- Я спрашивал как-то у Афанасьеча, он сказал, что это такое особое состояние, что даже сомнений не возникает, когда человек просыпается после. Смотри, еще ни разу ни у кого не было вопросов. Даже у того крутого, к которому помнишь нас возили?. Помнишь, что он сказал, что с нами сделает если это нае*алово?
- Помню!
- Ну вот, остался доволен, до сих пор заказывает, сколько веков уже отсмотрел. Меня больше другое волнует, был ли кто-то из наших клиентов, кто был не доволен своим предком?
- Типа никак не похож на меня такого молодца?
- Ну!
- Не знаю, видимо всегда что-то хорошее перевешивает, либо общее впечатление. Ты, посмотри, все заказывают по несколько раз. Значит всем все нравится и это того стоит.
Федя и Зосим остановились примерно на середине моста, готовя фонари.
- Отличная идея, кстати в универе такую тему провернуть.
- Ты подожди пока, сейчас посмотрим сколько поймаем.
Они стояли по разные стороны и с включенными фонарями ждали подходящего момента.
- У тебя сколько? – спросил Федя
- Десять, - ответил Зосим, - У тебя?
- Восемь
В этот момент послышался непонятный звук. Одни говорили, что он похож на старый сигнал приближающегося корабля к пристани, другие на звук маяка. Фотографии в коробках стали двигаться и послышались выстрелы. Фонари стреляли сами, как только ловили нужную волну. Курки нужны были только для того, чтобы выключить устройство. У Зосима одна за одной заполнилось 6 карточек, у Федора 5. Наступила тишина.
- Ты взял с собой? – спросил нервным шепотом Федя, чувствуя приближение. Он же сейчас появится, мы как раз на середине моста.