Юля шла домой, не видя перед собой дороги. Слёзы текли рекой, а она их даже не вытирала. А что толку? Всё равно она не может их остановить. Пусть текут!
Дело в том, что Юлию Викторовну сегодня уволили. Без объяснения причин. Ещё и пригрозили, что если она будет «рыпаться», требовать восстановления, пойдёт в суд, то ей устроят такую весёлую жизнь, что мало не покажется. А ещё намекнули на ребёнка, который ходит в детский сад и в котором она души не чает…
Это была откровенная угроза, и девушка очень испугалась. Особенно за сына, которого она действительно очень любила. Как, впрочем, и любая мать. Поэтому Юля подписала заявление по собственному желанию, забрала свои личные вещи и ушла.
Юлия Викторовна уже давно видела и понимала, что на её место метит племянница руководителя, Татьяна. Совершенно легкомысленная и безалаберная девица. Дядя взял её ещё одним курьером, но она целыми днями ничего не делает, только расчёсывается, подправляет макияж, подпиливает ногти, подкрашивает губы и ходит из кабинета в кабинет: сплетни носит. И вот она ходила-ходила и поняла, что ей нужна именно должность Юлии. А что? Работа относительно спокойная, а зарплата весьма и весьма приличная. Диплом у Тани, конечно, есть, но ни знаний, ни опыта, ни, тем более, усердия и желания РАБОТАТЬ у неё не наблюдается. «Ну, - решила Юля, - это уже не моё дело!»
И вот теперь Юлия шла по улице и плакала. От обиды, от несправедливости, от страха. Но больше всего – от беззащитности. Оттого, что никто её не поддержит, не посочувствует, что ей не на кого рассчитывать в трудную минуту.
На улице стоял золотой октябрь. Было сухо, солнечно, но очень ветрено. Ветер дул в лицо девушке, пытаясь осушить её слёзы, распахивал пальто, трепал лёгкий шарф. Иногда он подхватывал с земли опавшие листья или срывал с веток умирающие и бросал ей в лицо.
Но Юля как будто ничего этого не чувствовала. Она думала о своей жизни.
🔹🔹🔹
Замуж она вышла поздно, в тридцать лет. Некоторые одноклассницы за это время уже по два раза развелись. А Юля не торопилась: училась, работала, делала карьеру. К тридцати годам у неё была неплохая сумма на счету. Жила она с родителями, что позволяло львиную долю своих доходов откладывать. Да плюс ещё родители очень выгодно продали бабушкину квартиру, которая была в хорошем районе и на первом этаже. А это значит, что такие квартиры покупают обычно под вывод из жилого фонда, то есть дорого. Мама с отцом посовещались и решили все вырученные деньги отдать дочери: квартира у них четырёхкомнатная, сбережения тоже есть; что им ещё надо…
Юля рассудила так: если не выйду замуж до тридцати пяти, то куплю своё жильё и рожу ребёнка для себя. Но вскоре встретила молодого мужчину, на несколько лет старше, и влюбилась по уши.
А что такое влюблённая девушка? Сильно влюблённая. Да ещё впервые в своей жизни. Это наивная, чистая душа, раскрытая книга, доверчивейшее из существ… К чему это я? А к тому, что Юля почти с самого начала отношений рассказала Дмитрию о себе всё: и что она единственная дочь довольно-таки обеспеченных родителей, и что у неё хорошая работа и приличная зарплата, и что есть небольшие сбережения… Дмитрий всё это старательно наматывал на ус.
Нет, не то, чтобы Дима был голодранцем. У него тоже была своя квартира, оставленная ему одинокой тётушкой. В ней он собирался было сделать ремонт, но, узнав «поближе» Юлю, решил пока не торопиться. Парень он был крученый и добычу чуял издалека.
Юлина одноклассница и по совместительству подруга Наташка, познакомившись с Димой, когда они большой компанией были два дня на пикнике за городом, сказала девушке:
- Юль, ты не обижайся, но Дима мне категорически не понравился!
- Почему? – Юля была так удивлена, что даже присела от неожиданности.
- Не могу объяснить словами, но чувствую, что мутный он тип. Вроде и симпатичный, и не барыга какой, и с чувством юмора… Но вот что-то не то!
- Возможно, ты из-за двух своих разводов ко всем теперь предвзято относишься? – осторожно спросила Юлька.
- Может быть. Тем более, что я вообще не хочу вмешиваться в твою жизнь, чтобы не быть потом крайней. Но очень тебя прошу: присмотрись к нему повнимательней, понаблюдай. Создай пару каких-нибудь неожиданных ситуаций и посмотри, как он себя поведёт.
- Каких ситуаций? - продолжала удивляться девушка. - Я не понимаю. Да и зачем? Это же провокации какие-то…
- Зато ты будешь знать, как человек поведёт себя в экстремальных условиях. В семейной жизни их немало, поверь. Лучше сразу проверить, чем потом разводиться.
- Но я даже представить себе не могу, что это может быть.
Видно было, что Юля растерянна и обескуражена. Она не ожидала, что Наташе не понравится её избранник. Ей казалось, что все должным им только восхищаться, как она.
- Ну, например… В кафе, ресторане он за вас платит?
- Нет, каждый за себя…
- Это, конечно, отвратительно, что ты сама за себя платишь, но для эксперимента подойдёт. В следующий раз в ресторане скажешь, что забыла дома и кошелёк, и карточки, а к телефону, мол, карточки не привязаны. И посмотришь на его реакцию.
- Да он видел, как я несколько раз рассчитывалась с телефона.
- Ну ты наивная! Скажи, что меняла карточку, не успела её привязать. Или что-нибудь другое придумай.
- Наташ, ты меня так озадачила, что не могу тебе передать. Я вообще не вижу в нём никаких недостатков и не сомневаюсь в его порядочности…
- А это нормально, ты считаешь, платить за себя? Кстати, а за него ты не платишь случайно? – Наташа посмотрела на Юлю с прищуром.
- Было пару раз. Просто Дима тогда всю зарплату потратил на какую-то серьёзную покупку…
- На какую, интересно?
- Да я не поняла толком.
- Ыгы… А когда вы у него, кто покупает продукты?
- Я когда иду к нему, то звоню и спрашиваю, что купить. Он мне скидывает список.
- Офигеть! В следующий раз не звони и не спрашивай. И приди с пустыми руками. Ты меня поняла?!
- Понять-то я поняла. Но не понимаю, как я пойду с пустыми руками?
- Ну смотри! Не понимаешь сейчас, поймёшь потом. Но может быть уже поздно, - подвела черту под беседой Наталья.
Больше подруги к этому разговору не возвращались. Да им и встречаться-то было некогда: у каждой своя жизнь, свои увлечения. Юля, конечно, подумала над словами подруги, но особо в голову не взяла. А потом и вовсе забыла.
И вот сейчас, после увольнения, она шла домой и вспоминала и этот разговор с подругой; и то, как она, беременная, умоляла Диму не бросать её (а он тогда хорохорился и делать предложение не спешил; просто он самовозвышался за её счёт); и как родители уговаривали её не унижаться перед ним, а выбросить из головы и забыть, и ребёнка обещали помочь вырастить; и как он снизошёл и женился на ней, привёл беременную жену в свою квартиру без ремонта, а потом просто-таки выжимал из неё деньги на ремонт и на новую мебель…
Юля любила его без памяти. Если бы Дима не женился на ней, трудно сказать, на что бы она решилась в отношение себя. Глаза девушки всё ещё были зашорены. Правда, после женитьбы, когда супруги ежедневно были рядом, бок о бок, что называется, она потихоньку начала прозревать и понимать, что имела в виду Наташа, но было уже, как и предрекала подруга, поздно…
Несмотря на то что Юля уже поняла, что Дима – законченный эгоист, она, тем не менее, успела снять со своего счёта некоторую сумму и отдать мужу на закупку материалов для ремонта. Когда же через полгода ни ремонта, ни материалов не было и в помине, а где деньги, муж не мог вразумительно объяснить, женщина этот краник перекрыла.
Дима злился, кричал, что в семью должны вкладываться оба, что жена сидит на сундуке с золотом, а они живут древней квартире, что пора бы ей уже выходить из декрета на работу и т.д. Дома скандал за скандалом. Жизнь превратилась в ад.
Юля вынуждена была выйти на работу, когда сыну исполнилось чуть больше двух лет. Родители были категорически против садика для такого маленького ребёнка, и Юля отвозила мальчика маме. Только ближе к четырём годам ребёнка отдали в сад.
Через некоторое время после того, как женщина вышла из декрета, Дима уволился, а ей сказал, что сократили. Работу не искал. Точнее, первое время делал вид, что ищет, а потом и вид делать перестал. Лежал целыми днями на диване, а по вечерам несколько раз в неделю зависал где-то с друзьями.
- Дима, когда ты пойдёшь работать? Уже семь месяцев мы живём только на мою зарплату. Это неправильно: мужчина должен работать и обеспечивать семью, - в очередной раз Юля подняла этот вопрос.
- Не, ну нормально!!! Неправильно?! Так когда ты два года сидела в декрете и ничего не делала, так это было правильно? А я семь месяцев не работаю – так сразу стало неправильно?
«Нет, лучше его не трогать, - думала в таких ситуациях Юля. – Включит дурачка – и поговори с ним! А может, он такой и есть – тупой мудак – а я этого раньше не видела. Да я много чего раньше не видела! Права была Наташа. Правы были родители. Но что теперь о том вспоминать? Сегодня я имею то, что имею: любимого сыночка и непробиваемого, бесчувственного, эгоистичного мужа. Нет сил моих больше всё это терпеть – разведусь! Или не разводиться? Вдруг он изменится со временем? Да и как сын будет без отца расти? Если бы девочка, то ещё куда ни шло, а мальчику ведь мужчина нужен… Хотя какой из него отец? Так, одно название… Диме до мужчины, как до Киева р.а.к.ом. Ничего, кроме отрицательного примера, он сыну дать не может. Не стоит всё это терпеть, уходить надо. И чем быстрее, тем лучше».
Вот в таком раздрае Юля жила весь последний год. Её эмоционально-психическое здоровье было основательно подорвано. А тут ещё это увольнение. И шлюзы открылись: гнев, обида, страх, боль, отчаяние, напряжение, усталость – всё это вместе со слезами хлынуло наружу. И Юля их не останавливала. Ей надо было выплакаться. Женщина долго сидела в сквере на лавочке. Плакала и размышляла, как быть, как себя вести, что делать.
🔹🔹🔹
- А ты чего так рано сегодня? - вопросом встретил Юлю муж, едва она переступила порог.
- Что у нас поесть? Я очень голодна, - не отвечая на вопрос мужа, спросила Юля.
- Так это… То, что было, я доел. Больше ничего нет.
- Почему ты ничего не приготовил?
- Да не мужское это дело – у плиты стоять, - уверенно заявил Дима.
- А годами не работать, не обеспечивать семью, сидеть на шее у жены, валяться целыми днями на диване – это, значит, мужское дело? Да?! – женщина никогда ещё таким тоном и с такой злостью не разговаривала с мужем. – Ты же знаешь, что я прихожу с работы уставшая, а ребёнок вернётся из садика. Тебе трудно за целый день приготовить ужин?! Из готовых продуктов, которые я таскаю на себе из магазина?! Сейчас же иди на кухню и готовь ужин!!!
Юля была вне себя от бешенства. Голос был злым, жёстким, глаза метали громы и молнии. Годами копившийся негатив сейчас прорвался с невероятной силой. Наверное, именно сегодня в голове у женщины что-то переключилось, и она решила из половой тряпки превращаться в человека.
- Ненормальная… - неуверенно проговорил Дима, - белены, что ль, объелась?
- Ещё одно оскорбление в мой адрес, и ты вылетишь в это своё дырявое окно прямо с пятого этажа, - продолжала буйствовать Юля.
- Больная… - пробубнил муж и закрыл за собой дверь на кухню.
«То-то!» - подумала женщина, прошла в гостиную и прилегла на диван.
Через полчаса Юля пришла на кухню.
- Дима, включи чайник, пожалуйста. Я чаю хочу.
Муж хмуро посмотрел на неё исподлобья и молча включил чайник.
- Что у нас сегодня на ужин? – поинтересовалась жена, помешивая чай.
Дмитрий снова метнул недовольный взгляд:
- Картошка с поджаркой из свинины и маринованные огурцы.
- Отлично! Присядь. Разговор есть.
Бог весть, какие мысли вертелись в голове у мужа, но он спокойно присел на стул.
- Меня сегодня уволили. Теперь мы оба безработные. Когда закончится моя последняя зарплата, мы будем голодать. А потом умрём, - оптимистично сказала Юля.
- Почему? – спросил Дима.
- Что «почему»? Почему умрём, или почему будем голодать?
- Почему уволили? Что ты там натворила? Что можно было сделать, чтобы тебя уволили с такой хорошей должности?! – в своём привычном нравоучительно-недовольном тоне заговорил муж. – Ты что, дура? Потерять такую зарплату!
- Стоп!!! – Юля изо всей силы брякнула ложечкой по столу и жёстко сказала: – Я напоминаю тебе про оскорбления. Ты, я смотрю, больно умный у нас: почти год на работу устроиться не можешь! И слушай дальше.
- Я решила так: раз меня уволили, значит, это судьба. И пока я замужем, на работу я больше не пойду. Всё-таки содержать семью – это обязанность мужчины. Так что, собирайся, дорогой, и включай активный поиск. Срок тебе – неделя. Если через неделю ты не устроишься на прилично оплачиваемую работу или даже на две, мы с сыном от тебя уходим.
- Да ты офиг… Да как ты себе это представляешь? На хорошую работу за неделю?! – возмутился Дмитрий.
- Меня это мало волнует. Как хочешь, так и крутись.
- И почему это ты больше не пойдёшь работать?! Другие женщины работают и ничего, со всем справляются. А ты что за принцесса?
Юля наклонилась через стол ближе к мужу, поманила его пальцем, чтобы наклонился ближе, и произнесла тихо, иронично и слегка загадочно, пристально глядя ему в глаза:
- А может, я просто хочу тебя бросить, потому и ставлю тебе такие невыполнимые, на твой взгляд, условия. Мы же оба с тобой знаем, что как мужчина, добытчик ты полный ноль; ты даже самого себя прокормить не можешь. Спрятался за мою юбку и лежишь на диване. Паразитируешь. Отец из тебя тоже не получился: ты ни поиграть с сыном, ни поговорить, ни просто по парку погулять не можешь. А уж насколько ты не муж, не супруг, не попутчик по жизни, я и говорить не хочу. Ты просто эгоистичное, самовлюблённое пустое место.
- Да что ты себе позволяешь?! – вскочил Дмитрий. – Ты оскорбляешь меня в моём же доме! Я не допущу подобного поведения!
Юля спокойно пила чай и смотрела, как муж нервно бегает по кухне. Потом поставила чашку и сказала:
- Я в садик. Минут через двадцать можешь начинать накрывать на стол.
Уже выходя из кухни, Юля оглянулась и добавила:
- Поверь, я с невероятной лёгкостью оставлю тебя в твоём доме наедине с твоими заскоками и совершенно беспочвенным самомнением.
Ужин прошёл в молчании.
Как ни странно, но Дмитрий нашёл работу через четыре дня.
Прошло пять лет. Однажды в городе Юля встретилась с Наташей, и они зашли в кафе. Долго болтали, смеялись. Наташа спросила:
- Расскажи, подруга, как тебе удалось сделать из того непуганого оленя Димы приличного человека?
- Всё очень просто. В какой-то момент, когда я уже совершенно дошла до ручки, я решила, что больше никогда и никому не позволю вытирать о себя ноги и не буду терпеть ничьё недостойное поведение. А потом уже само как-то пошло…
Спасибо, что вы со мной. 🎀