Ничего не буду писать сегодня об украинской агентуре в патриотическом нашем Телеграме, которые который день вам внушают, будто они, граждане Украины, попавшиеся на воровстве, растрате, роскоши и сеянии раздора, патриоты России, а мы, российские журналисты, правозащитники, адвокаты - наймиты ЦИПсО. Не буду говорить и о писателе Александре Пелевине, который совсем уже поехал. Третий год любое упоминание его романа приводит к набегам на меня из его Твиттера отборнейших хамов, которые требуют доказать мое мнение, что Пелевин плохой писатель и плохой поэт. Сотни зубоскалов донимают меня третий год! Про Пелевина Александра вообще нельзя писать. На этот раз он со своей бандой даже привязался к моему утверждению, что Хаски надо было дать Григорьевскую премию. Пелевин считает, что надо было давать ему. Бледное подобие такого безумия помню, когда Аглая Топорова разнесла роман Анны Старобинец. Тоже тогда все налетели, но быстро угомонились. Пелевин не угомонится третий год.
Не хочу про все это писать. У меня день рождения. И тяжело. Я в дороге, еду долго, с пересадкой.
Всюду встречаю солдат, которые едут на фронт. Добровольцы, контрактники...
Мужики постарше хорошо собраны. Молодые едут безалаберно. Я везла с собой протеиновые батончики. Отдала одному, он записан пулемётчиком. Велела не есть в части, сохранить. Он ехал на фронт с лёгким рюкзачком.
Еду долго, каждые несколько часов в вагоне меняются военные, все выходят в разных городах. Есть те, кто едет сам, в гражданском. Есть и совсем молодые парни полностью в одежде МО. Выходят строем, сразу грузятся. Везут сухпайки, от себя какие-то сосиски, Доширак... Я на каждой большой станции выхожу, бегу в ближайший супермаркет и набираю протеиновых батончиков.
Сегодня видела совсем молодых солдатиков, которые перед выходом отдали всю свою еду, кроме сухпайков, небогатой на вид женщине с двумя детьми. Фрукты, шоколад, колбасы... Мы потом всем вагоном искали ей пакеты, чтобы все сложить.
Вышли солдатики налегке. Я некоторых спросила, что они с собой возьмут ТУДА, а они и не думали. Выскочила из поезда, побежала купить им в разгрузки лёгких протеиновых батончиков.
Долго пришлось искать магазин, да там и батончиков мало оказалось. Только успела вернуться к своему поезду, а солдатиков уже увели...
Даже не представляла, что добровольцев так много. Прямо в каждом вагоне. Едут сами. Половина говорят о долгах, снимают контракты, отправляют родне, чтобы унесли приставам. Но много идейных, без кредитов. Есть такие, кто едет на фронт из-за ссоры с девушкой. Или наоборот - заработать на свадьбу.
Много среди них встречаю башкир, татар, дагестанцев. Это неправда, что дагестанцы не воюют - я их только в своих поездах увидела несколько! И не надо мне говорить, что нет такого народа - дагестанцы. Я знаю, кто живёт в Дагестане, какие народы.
Пока я еду с пересадками, сменилось в моем вагоне пять или шесть смен добровольцев - все едут до своих частей и сразу - ТУДА. Все их лица я запомнила. Как теперь забыть, не знаю. Лучше бы я никуда не ехала, сидела дома. Я теперь до конца жизни буду думать, кто из них из этой поездки не вернется...
И не надо мне говорить, будто следовало думать раньше. Я думала. В отличие от вас!
И не раз говорила: необходимость вести с Украиной боевые действия и противостоять НАТО я считаю следствием слабой внешней политики России, провалом демократии и наличия у элиты западных паспортов - все это привело к тому, что имеем.
Я никогда ни разу не поддерживала военное разрешение конфликта. Но 24.02.2022 года я, прочитав утром, что моя армия и моя страна начинает боевые действия, я поступила единственно возможным способом: это моя страна, моя армия и я всегда буду их поддерживать. Я хочу, чтобы в военном конфликте выжила моя армия, а не противника. Для этого я на время оставила политические разногласия с властью. Это единственно возможная реакция социально здорового гражданина.