Часть 7 (заключительная)
Землянка
После кладбища мы отправились на то место, где отец Димитрий вырыл себе землянку, в которой прожил долгие годы. Конечно, сегодня уже ничто даже отдаленно не дает возможности понять, что здесь вообще что-то было. Теперь это просто… тропинка в лесу.
– Но вот прямо здесь, на подъеме, и находилась землянка отца Димитрия, как мне рассказывали старожилы, – сообщает Нина Канева.
Автору статьи «Иеромонах Димитрий» иеромонаху Питириму, побывавшему в поселке в 1991 году, посчастливилось еще увидеть подземный дом исповедника. Вот как он его описал:
«…Затем мы отправились к землянке. Это метрах в двухстах от кладбища. Посмотрели сверху в гнилой люк, но внутрь спускаться уже не стали: все заросло мхом, травой, наверное, есть обвалы» [1].
Дом батюшки
К моему удивлению, все места в Кедровом Шоре, связанные с иеромонахом Димитрием, находятся рядом друг с другом. Так, недалеко от его могилы была землянка.
А около нее располагался и дом, где иеромонах Димитрий впоследствии жил. По-разному сегодня рассказывают кедровошорцы о жилище монаха. Кто-то говорит, что он сам его и построил.
Но в статье иеромонаха Питирима, посвященной кедровошорскому исповеднику, говорилось о том, что отец Димитрий приобрел его вместе с другими ссыльными – Иваном Павловичем и его супругой Софьей у уезжающего из Кедрового Шора начальника режима Семенова.
Со слов очевидцев тех событий сообщает автор газетной статьи и подробности внутреннего устроения дома. Он состоял из трех комнат, в одной из которых и жил батюшка. Его комната была прямоугольной по форме и очень небольшой – два на три метра. На всех ее стенах размещались простые иконы в один ряд, были среди них и старинные образы – «Тайная Вечеря» и «Спаситель в терновом венце». Ценные иконы находились под стеклом в двух противоположных углах. Перед «Тайной Вечерей» теплилась стеклянная лампада синего или зеленого цвета. Возле входной двери висели «церковные одеяния», как называл их сам батюшка. С другой стороны от двери находилась тумбочка с маленькими настольными часами и самодельный диван. На него и садились гости батюшки.
Сам же отец Димитрий сидел в самодельном кресле, на котором лежали подушечки. Через всю комнату была постелена самотканая дорожка [2].
«И вот в этой комнате наш дорогой батюшка, иеромонах Димитрий, бывало, сидел в кресле, – говорят очевидцы событий, – старый, больной, с отмороженными ногами, и говорил пришедшим: “Садитесь, будем заниматься”. Учил батюшка людей в собрании и индивидуально. Когда батюшка вставал для молитвы, то и все вставали. Потом садились и беседовали. После утренних служб батюшка всех благословлял на труд этого дня, желал здоровья, и все расходились, конечно же, по одному.
И на новом месте прихожане продолжали соблюдать неписаные правила нелегальных собраний: приходили незаметно, по одному, расходились так же, «стукачам» дверей не открывали, а верным батюшка говорил: “Пусть войдет”».
Днем в поселок отец Димитрий не ходил. Но, как свидетельствует Петр Александрович Захаров, он все же тайно, ночью, освящал дома. А однажды на лодке плавал в соседнюю деревню Конецбор для совершения крестин. Участковые предупреждали батюшку, что собрания запрещены. Несмотря ни на что, люди продолжали собираться.
Чем старше становился батюшка, тем короче становились службы. Когда к нему приезжали монашествующие из Загорска, другие на службы не приглашались. Это было обычно летом. Тогда он сами молились и ходили в лес собирать грибы и ягоды.
Однажды батюшка особо занемог. Иван Петрович, видя, что батюшка в беспамятстве, привез его на лошадях в больницу, при которой работал извозчиком. Но, очнувшись, отец Димитрий приказал отвезти его домой. И вечером батюшка тихо и мирно скончался. Это произошло в 1965 году.
Отпевать его приехал священник, с которым он заранее договорился. Все было совершено по монашескому чину. Чаша для Причащения была положена по правую сторону от него, лжица в правую руку, вместе с походным железным крестом. Положено было также Евангелие и требник. Батюшка был одет в белый подрясник, в котором все время ходил, и черную мантию. Ризы и другие вещи были увезены в Загорск [3].
Трудно сегодня поверить в то, что об этой жизни, полной суровых испытаний, лишений, невзгод, не сохранилось в поселке ничего… кроме скромного захоронения.
Вот и на месте дома, где жил исповедник, я увидела лишь буйство зелени.
Крест в память о жертвах ГУЛАГа
Наш поход по местам в поселке, связанным с жизнью одного из невольников этого островка ГУЛАГа – иеромонаха Димитрия, завершился у креста, установленного в память об узниках кедровошорского лагеря.
Но это все что сообщили мне кедровошорцы. К сожалению, не осталось в их памяти информации о том, кто установил крест и когда. Да и сам памятный знак нам с трудом удалось найти, хотя он располагается в лесу – напротив поселкового кладбища. У его основания мы увидели булыжники.
– Как эти камни напоминают… лица… лики людей, – тихо заметила Нина Канева.
Молча стоим у креста: Нина, пораженная своим открытием, и я, с грустью думая о том, что кроме скромных строк своего исследования мне не удалось пока сделать больше ничего, чтобы увековечить память о Божьем человеке…
Наталья Прокофьева.
[1] Питирим (Волочков), иеромон. Иеромонах Димитрий// «Ленинец». – 1991 – № 128.
[2] Там же.
[3] Там же.
Часть 1: https://dzen.ru/a/ZSatTLqcv2E0oBRD?referrer_clid=1400&
Часть 2: https://dzen.ru/a/ZSk--xYyN0Jj1Y61?referrer_clid=1400&
Часть 3: https://dzen.ru/a/ZSwrobJMpQom1mjl?referrer_clid=1400&
Часть 4: https://dzen.ru/a/ZS-rzeCyFB9hDmZO?referrer_clid=1400&
Часть 5: https://dzen.ru/a/ZTO4CljCUBbXeQBV?referrer_clid=1400&
Часть 6: https://dzen.ru/a/ZTZjQegjh2c_zOtn?referrer_clid=1400&