Очень неприятно смотреть, вернее слушать, во что превратили родной язык в России. Хоть я не филолог, но русские стали говорить на языке прислуги в чужом доме. Непонятное пренебрежение к своей Великой культуре может быть только у лакеев, которые желают походить на своих хозяев.
Дети идя в школу, говорят сегодня у нас челенджи или софткилзы, а завтра кластеры с воркшопами и квесты. Никого это не смущает, что дети познают мир через чужые слова. Взрослые не хотят сохранять язык Великой литературы, что досталась от предков, уберечь своих детей от попугайского языка прислуги в чужом доме.
Дети вырастают на улицах с латинскими буквами, с чужими словами. Мы все привыкаем к каршерингам, ходим в хилсы, через фастфуд, зарабатывая кэшбэк. Мы живём среди всей этой мути с барби-фрэндами, пойнтами, лайхаками, менчердрайзерами, пойнтами, хэндмэйдами. Каждую помойку теперь называют Плаза, а забегаловку футкордом.
Чиновники мониторят кейсы, чтобы никто не понял чем они заняты. Так и живём, убивая в себе всё русское, воспитывая детей в пренебрежении к своему языку. Это всё не безобидно, ведь вначале было Слово. А потом всё остальное.
Язык формирует сознание и мысли. А что сформирует весь этот мусор, который заменил Могучий русский язык. Язык мировых литературных шедевров мы поменяли на попугайский щебет. Только не надо говорить, что в русском много заимствований, без которых нам не обойтись.
Всё верно, есть вещи, которые приходят к нам уже с названием: телефон, смартфон. Никто этого не отрицает. Хотя тоже есть варианты, например: самолёт, вертолёт, паровоз и т.д.
Защитники птичьего языка есть среди филологов профессоров, которые уверяют, что это естественный процесс. Похоже эти филологи получили дипломы в 90-х, когда они в переходах продавались. Ведь болезнь человека тоже естественный процесс, но её лечат, а не ждут, чем всё закончится. Так и язык народа нуждается в защите и лечении.
Радует, что в Думу внесли закон о защите языка, разработанный Еленой Ямпольской. Как она говорила, трудности с защитой языка были похожи на пробивание стены головой. Надеюсь, что наши дети смогут читать классиков русской литературы без перевода. Когда слушаю а каком языке сейчас говорят, хочется крикнуть: защитите родную речь, оставьте нашим детям возможность понимать Пушкина без разъяснений.