Поручиком оказался не кто иной, как Плеханов, также известный как Горький, что является замечательным открытием. Он определил меня в хорошо построенный блиндаж - служивший их штабом. Рядом с ним были два капитана и дополнительный лейтенант. Это был престижный 1-й отдел тыла дивизии, в состав которого входили начальник отдела, два помощника и политработник штаба дивизии. Сначала нас накормили, а затем усадили за стол, где Плеханов начал диктовать, а я мастерски печатал. Мы приступили к подготовке обширного отчета, задача, которая поначалу казалась сложной . Однако Плеханов меня успокоил, сказав, что со временем я к этому привыкну. Когда он предложил составить письменное заявление, я умело его записал. И заявка, и мой почерк получили горячее одобрение и восхищение, а на меня сыпались щедрые похвалы. Они были рады обнаружить такого компетентного клерка с дополнительными навыками работы на пишущей машинке! Не зная об этом, начальник, который нас первоначально представил - попытался принудительно перевести нас в 4-й отдел, и эта идея встретила сопротивление с нашей стороны. Тем не менее , в конце концов вопрос был решен, и я остался на своей нынешней должности.
К сожалению, несчастье постигло меня, когда старший делопроизводитель тяжело заболел, у него случился внезапный припадок, что потребовало его удаления из помещения. Он так и не вернулся, оставив меня с трудной задачей составлять ежедневные отчеты в штаб армии с подробным описанием состояния и передвижения личного состава, вооружения, боеприпасов и другого оборудования. Внезапно я обнаружил, что вынужден быстро адаптироваться к этой вновь обретенной ответственности.
Время шло, и уже через неделю наша дивизия приступила к погрузке в эшелоны, что положило начало нашей переброске в сталинградское кольцо окружения.. Выгрузившись у города Калача, мы начали наступление на немецкие войска, постепенно оттесняя их на запад по мере продвижения через Богучар, Кантемировку, Красный Лиман и Славянск. В конце концов мы дошли до Северского Донца, где отдельные полки нашей дивизии оказались втянутыми в бой между Барвенковым и Изюомо. Именно там я получил душераздирающее известие о гибели дорогого товарища и земляка под Барвенковым, переданное мне моими товарищами по запасному полку.
Наша колонна двинулась дальше, пройдя через многочисленные города, такие как Москва, Елец и Поворино. именно во время нашего транзита под славянском мы испытали первую бомбардировку. К сожалению, по непредвиденным обстоятельствам мы не смогли вовремя эвакуировать место разгрузки, оказавшись застрявшими в полуприцепе. В одной машине нас сопровождали заместитель командира дивизии по тылу полковник Липатов, а также наше начальство, связисты, радисты и машинистка — местная жительница, любезно предоставившая свои услуги, как и я, в силу моего нежного возраста. , изо всех сил пытался справиться с требованиями эффективного управления пишущей машинкой.